Меню

Речка в селе рогачево

Историческая география села Рогачёво

Историческая география села Рогачёво.
Верхнее Поволжье в XII – начале XIII вв. являлось пограничной территорией между Ростово-Суздальским (позднее Владимиро-Суздальским) княжеством и Новгородской землей. От устья реки Дубны водный путь шел в обе стороны по Волге. Налево можно было подняться к Твери. Другой путь в этом направлении шел на Устюжну, Тихвин до Ладожского озера и Орешка, в обход Новгорода до побережья Балтийского моря. Направо от дубненского устья по водной глади Волги можно было достичь устья рек Мологи и Шексны, откуда начинались большие водные дороги вглубь Новгородских владений, направляющиеся к Утюжне Железнопольской и Белоозеру и далее на Двину и Холмогоры; либо попасть после продолжительного путешествия в Каспийское море. «Такое удобное расположение рек представляет большие выгоды купцам, которые без большого труда ввозят товары из Каспийского моря по Волге в различные страны и даже в самую Москву». Герберштейн.
Здесь, на правом берегу Волги, ростово-суздальским князем Юрием Долгоруким и был основан город Дубна, выполнявший функции пограничной крепости, а также торгового и ремесленного центра на стратегически важном месте, в устье реки Дубны – важной транспортной магистрали, по которой начинался путь от Волги по рекам Сестре и Яхроме вглубь Владимиро-Суздальских владений, названный впоследствии Северным московским торговым ходом

pic001

.

Карта-схема территории Дубненского края из материалов фонда «Наследие».
Дубна, поселение на самой стрелке Волги. Здесь был административный центр Дубенского стана на котором располагался таможенный пост, известный как «Дубенское мыто». Это был таможенный пост сперва тверских князей, потом московских, и, наконец, Дмитровского удельного княжества, находившегося в подчинении у Москвы. В Толковом словаре русского языка В.И. Даля слово «мыто» как архаизм употребляется в двух смысловых значениях: оно означает и таможню — как государственное учреждение (таможенный пост) — и пошлину, собираемую с торговых людей. «Мыто» или «мыть» в значении пошлины бралось с определенного количества товара. «Мыто» в значении таможенного учреждения выполняло функции государственного органа (в рамках конкретного княжества) и, как следствие, находилось под юрисдикцией и контролем государства в лице его верховного правителя — князя.
Дубенское мыто было местом упорядочивания передвижения судов и грузов по Волге и рекам Северного московского торгового хода. С начала XV столетия резко возрастает экономическая и политическая роль Дмитрова. Дмитров был столицей самостоятельного удельного Дмитровского княжества, в составе Великого княжества Московского (в 1363 году Дмитров был присоединён к Москве в качестве особой политической территориальной единицы). От Дмитрова начинался судовой ход по реке Яхроме до её впадения в реку Сестру. И далее по Сестре в реку Дубну и Дубной в Волгу. Взаимное слияние трёх малых рек Яхромы, Сестры и Дубны обусловило положение Дмитрова, который был соединен с Волгой непрерывной водной дорогой и являлся ближайшей московской пристанью на верхнем течении Волги, что во многом способствовало усилению его экономической роли и превращению в достаточно крупный региональный центр торговли.
На рубеже XIV-XV веков, по мнению учёных, происходит резкое изменение природно-климатических условий, вследствие которого значительно повышается уровень воды больших и малых рек Восточно-Европейской равнины, в частности Волги и её притоков — малых рек. Это, безусловно, имело огромное значение для формирования и развития водных и торговых коммуникаций в Северо-Восточной Руси и, как следствие, служило предпосылкой для активизации хозяйственной жизни и налаживании экономических связей между отдельными регионами.
По всему этому водному пути возникали города, села, деревни. Путь требовал охраны и поэтому здесь устраивались монастыри. Монастырь — место сторожевого охранного пункта территории и воинского контингента в нем, а лишь потом идеологический центр. Корень слова «мон» — главный, верховный. Мон/арх – глава территории, страны, государства. Моно/мах –(моно/маг) – верховный жрец территории. Современное значение слова «стырь» — страж. Князь Владимир Мономах в этом же ряду.

Дорога была отмечена рядом таможенных застав – «мытов» — где собирались пошлины с провозимых товаров. Мыты были устроены не только на устье реки Дубны, но и в Дмитрове, Кашине, Скнятине, Угличе, на устьях рек Мологи и Шексны. Следует отметить, что водный ход, связующий Дмитров и Волгу, до конца XV века находился одновременно в составе владений Дмитровского удельного и Великого Тверского княжеств. Суда шедшие от Дмитрова по реке Яхроме и далее по Сестре, до слияния её с Дубной, находились под юрисдикцией дмитровских князей, а от устья Сестры по Дубне и само устье реки Дубны при ее впадении в Волгу — в зоне тверских владений. Со второй половины XV века Дмитров ведёт оживлённую торговлю с Севером. Активно торгуют монастыри — крупнейшие феодалы того времени — Троице-Сергиев, Кирилло-Белозерский, Калязинский, Песношский, Борисоглебский, Медведева пустынь, Андрониковский, Покровский. Монастыри Троице-Сергиев и Кирилло-Белозерский добиваются у дмитровских и тверских князей освобождения от таможенных пошлин. Кириллов монастыр посылает по водному ходу суда с рыбой и солью, а в обратный путь нагружает их рожью. Троице-Сергиев монастырь торгует с Белоозером, Двиной, Холмогорами, Вологдой. Так, при дмитровском князе Юрии Васильевиче (1462-1472) монастырь пользовался беспошлинным проездом трехсот возов через Дмитровское княжество в Новгородскую область и обратно. Товары из Дмитрова и в Дмитров, в связи с узким фарватером водного хода, особенно по Яхроме, приходили летом на судах неглубокой осадки. Более значительные суда перегружались в устье Дубны или у села Рогачёво (при впадении реки Яхромы в Сестру). Грамота конца XV века предусматривала случай: «… А заслянет их судно монастырское усть Дубны, и они выкладываются из того судна в три павозки.» Иными словами, провозимый товар из одного большого судна на устье реки Дубны перегружали в три мелкосидящих. Суда, ходившие по водному ходу, носили различные названия — паузки, павозки, лодки «с набои» и челны. Самая маленькая пошлина шла с челна — судна незначительной вместимости. Больше брали с лодки «с набои». Этот термин обозначал лодку с подставленными к бортам досками. Значительнее по объему были паузки или павозки — с них брали пошлину с каждой донной доски («колко будет в паузке досок»). Лодка «с набои» вмещала в себя от 3 до 5 человек либо около 100 четвертей ржи или 30 пудов соли. В Дмитров от устья Дубны приходили в основном мелкие суда — суда небольшой осадки. Там они разгружались на возы и уже сухопутным путём, привезённые по воде товары, доставлялись в Москву. Крупные суда шли от устья Дубны до села Рогачёво, близ которого находился Николаевско-Песношский монастырь. В Рогачёве сложился в этой местности оживлённый торговый центр; другой впоследствии сформировался к середине XVI века в Кимрах. Как отмечает М.Н. Тихомиров, «на торги в Дмитрове, Рогачёве и Кимрах съезжались крестьяне из царских, монастырских и частновладельчески сел и деревень, находившихся поблизости и даже из Переяславля». В Рогачёво бывали и торговали «сведенцы смоленские, паны московские». Среди наиболее распространённых товаров, провозимых по водному ходу на торги, в письменных источниках чаще всего упоминаются соль, рыба, хлеб. Но кроме того среди товаров встречаются медь, свинец, олово, икра и мёд. Таможенные грамоты для торговых людей из Дмитрова и Московской земли устанавливали более льготные условия по сравнению с «иноземцами» — новгородцами, псковичами и другими. «А кто приедет, из всех городов и из волостей московской земли и новгородец, и псковитянин, и тверин, и казанец, и рязанец и иноземец всякой, в повозке к г.Дмитрову и сколько будет в повозке во дне досок и наместнику с доски данные по алтыну…, а придет иногородец в лодке и будет лодка с набои, и наместнику имати с лодки по алтыну, а кто придет в Дмитров торговати из всех городов из волостей Московской земли, и таможникам у них имати с рубля по три деньги», — сообщается в одной из грамот.
Со второй половины XVI столетия водный ход от устья реки Дубны по Сестре и Яхроме до Дмитрова постепенно тишает и пустеет. Это было связано с те, что именно с середины XVI века был проложен новый прямой путь от Москвы к Белому морю. Торговля с Западной Европой, прежде всего, с Англией, идет уже через новый российский северный порт — Архангельск. Падает значение старых торговых центров на северо-западе Руси: Пскова и Великого Новгорода. Вместо далекого водного пути на Белоозеро товары с большой скоростью идут по дороге от Вологды на Москву. Окончательно старый водный ход теряет своё былое значение в XVII веке. Однако и в этот период Дмитров продолжает вести торговлю с Белоозером и Устюжной — через Дмитров идут поставки свежей рыбы для царского стола. В Дмитрове создаются особые рыбные пруды и специальный рыбный двор, а естественная водная артерия Дубна-Сестра-Яхрома используется в качестве своеобразного водного рукава, в который направляется, загоняется волжская рыба. В связи с доставкой рыбы к царскому двору Дмитров переходит в дворцовое ведомство в последней трети XVII века.
Примечательно, что водный ход по малым рекам от Дмитрова к Волге, через устье Дубны, использовался с середины XV века и как транспортная коммуникация. Водной дорогой по случаю пользовались представители правящего княжеского и царского дома. Письменные источники донесли до нас несколько подобных фактов. О двух из них, относящихся к событиям феодальной войны второй четверти XV столетия, речь пойдёт позднее. В своей работе «Российское государство в XV-XVII веках» М.Н. Тихомиров отмечает о бегстве на север по водной дороге в 1480 году, во время нашествия хана Ахмата, Великой княгини Софьи Фоминишны, жены Великого Московского князя Ивана III, племянницы последнего византийского императора Константина. «Неизданная Вологодско-Пермская летопись сообщает, что по выходе из Москвы Великая княгиня Софья «поиде к Дмитрову и оттоле в судех к Белуозеру» — пишет Тихомиров. Исполняя обет, данный во время болезни, Иван IV Васильевич Грозный отправился на богомолье в Кирилло-Белозерский монастырь, воспользовавшись дорогой через Дмитров как наиболее удобной. Его путь лежал по рекам Яхроме и Сестре в Дубну, оттуда в Волгу, затем Шексною вверх к Белоозеру. Во время этой поездки умер его сын Дмитрий.
В 1701 году царь Петр I Алексеевич, для обозрения хода на судах из Волги в Москву, проехал по рекам Дубне, Сестре и Яхроме. Этому предшествовал именной указ 1701 года о подготовке к проезду царя по рекам Тверце, Волге, Дубне, Сестре и Яхроме.
По материалам историко-культурного портала Игоря Даченкова «Наследие», город Дубна.
Результатом проезда стала идея строительства канала, соединяющего Волгу и Москву-реку. Исполнение было поручено Василию Дмитриевичу Корчмину (до 1671 — 1729) — ближайшему сподвижнику Петра Великого.
Русский главный царский инженер; ключевая фигура в петровской армии: один из создателей лучшей артиллерии своего времени, конструктор пушек и новых видов вооружения (изобретатель боевых ракет и огнемёта), мастер фортификации и осадного дела, участник многих петровских баталий (при этом трижды был ранен), военный разведчик, гидрограф, пионер в поиске и создании новых водных путей; промышленник (создатель частных предприятий, работавших на оборону); генерал-майор (1726 год), майор лейб-гвардии Преображенского полка, кавалер ордена св. Александра Невского (1728 год). Корчмин, по указам Петра I, занимался вопросами по созданию водных путей из Волги в Новгород, Санкт-Петербург и Москву. Корчмин нащупал верное решение. Он обратил внимание на чрезвычайно благоприятное географическое положение Дубно — Сестринской водной системы. В письме от 5 октября 1701 года он писал, что «изобрёл место благополучное к водному пути в Новгород»: через устье реки Дубны и реку Сестру.

Изысканиями Корчмина позднее, в 1722 году, по поручению царя разработать уже детальный проект Волжско-Московского водного пути и спроектировать строительство водного канала, воспользовался Вилим Иванович Геннин (1676 – 1750 гг.). Вилим Иванович наметил удобное место для устройства водной коммуникации от реки Москвы до Рогачевской пристани на реке Сестре. Но реализован был этот проект лишь сто лет спустя после строительства Московского (Екатерининского) канала, соединив -шего реки Истру и Сестру. Вскоре после этого была построена железная дорога Москва — Петербург и конкурировшая с ней водная система пришла в упадок. И лишь канал им. Москвы, построенный в 1937 году, полностью воплотил в жизнь мечту Петра Великого.

pic

Карта Рогачёва 1985 года.

Зелёный цвет это низменности, когда то занятые водами древнего ледникового моря — озера. Серый цвет возвышенности, острова и берега этого моря. Клинско — Дмитровская гряда берег, а, к примеру, Трехсвятское, Куликово с Говейновым и все другие поселения на островах. Если пройти по течению Лбовки от Школьной горы до кладбища и далее, то становиться понятным, что долина реки когда — то была заливом нашего озера, через который надо было переправиться едучи по дороге связывающей Московское княжество (Дмитров ) и Тверское ( Клин). Объехать, по тогдашним дремучим лесам и непроходимым болотам, можно, но дураков на Руси и тогда было немного, проще мытный сбор с товара у переправы через Лбовку (где сейчас мост) заплатить рогачёвским таможенникам — пограничникам. Как и всегда, как и везде, себя они не забывали. Отсюда и пошло рогачевское богатство и замечательная предприимчивость. А жили тиуны на своей улице у моста, что стала Малым Рогачёвом. Дорога Дмитров — Рогачёво имела стратегическое значение ещё до основания Дмитрова и строго оберегалась.
Широко известно, что в 12 — 13 веках наступило резкое ослабление Киевской Руси. Причины ослабления различны, но нельзя сбрасывать со счетов и неприятия народом насильно внедряемого правящей верхушкой новохристианства из — за резких отличий в мировозрении. «Добровольное» принятие христианства сократило население русских в Киевской Руси с 12 миллионов до 3 миллионов, из которых 6 миллионов погибло до монголо-татарского ига, а 3 — при помощи ордынцев» (Н. Н. Островский «Святые рабы».) – 75% населения Руси. Может быть и не погибло, а разбежалось в разные стороны. Как следствие, после крещения Руси начался исход населенияв из Киевской, Волынской и других южных земель в Литву, Польшу, на русский север в Поморье, в Сибирь, на Урал, а в основном на более безопасный северо-восток, в Ростово-Суздальские края – в «залесье». Люди шли сюда как с запада, из земель Новгородской, Полоцкой и Смоленской, так и с юга, из Киевщины, после того, как были проложены дороги и «сквозь вятичи», с Днепра на Оку. По этим дорогам из южной Руси пошел громадный поток народа в междуречье Оки и Волги — Москву, Ростов Великий, Суздаль, Владимир, Дмитров и т.д. Нынешняя трасса Клин, Рогачево, Дмитров и есть один из участков древнего пути. В Рогачеве, на границе княжеств, в самом удобном для обороны месте на переправе через озерный залив и была устроена пограничная застава, а погранотряд (пользуясь современной терминологией) размещался за частоколом в Синьковском городище. Представляет собой небольшое возвышение во главе мыса, защищённого естественной преградой — оврагами с двух сторон и насыпным валом — с третьей стороны. Датируется V-VI столетиями. На территории Дмитровского края обитали в это время преимущественно кривичи — одна из ветвей восточных славян. В двух километрах от городища имеется другое древнее поселение — Каргашинское селище, где жили представители народа меря.

Читайте также:  Назовите основной фактор обуславливающий режим реки

pic002

Дорогу перед городищем со стороны Твери пересекали две реки с говорящими названиями, Буйнятка (буйная), поэтому и Бунятино и Варварка, также, вероятно, особа с непростым характером. Стало быть, непрошенным гостям, со стороны Твери по пути в Дмитров нужно было преодолеть несколько водных преград с заставами в Рогачеве и Синькове.

Пожалование села Рогачева в Николо-Пешношский монастырь было сделано удельным князем Дмитровским Петром Дмитриевичем в 1432 году. Всего лишь первое упоминание о селе в письменных источниках, но никак ни дата основание села. Расположенное на двух больших трактах между Дмитровом и Клином, имея по соседству судоходную пристань на устьях рек Яхромы и Сестры, село Рогачево издавна славилось своей торговлей и промыслами. В XV веке в Рогачёве было уже 20 торговых монастырских лавок. В начале XVII столетия торговля в Рогачёве достигла такого масштаба, что с села уже собирались таможенные пошлины. С XVIII века Рогачёвские торговцы вели свои дела со многими отдаленными городами, даже с Санкт-Петербургом. Вот несколько наиболее известных фамилий Рогачёвских торговцев и предпринимателей: Маковкины, Горюновы, Квасковы, Блиновы, Мочаловы, Мошкины, Сарафановы, Рыбаковы, Гордеевы, Юрасовы, Архаровы. В XIX веке в Рогачеве было уже около 50 лавок с гостиным двором на площади, с церковными лавками, 6 трактиров, 4 питейных заведения с винным складом и погребами Горюнова, 4 кожевенных и один клейный завод. Каждую неделю в Рогачеве устраивались два рынка, а раз в году – две ярмарки: Никольская и в десятую пятницу по Пасхе. Кроме того, в году было два так называемых сборных рынка: перед Николиным днём – зимою и в понедельник третьей недели Великого поста. Народу на ярмарках стекалось до 10 тысяч. Годовой торговый оборотный капитал достигал более миллиона рублей. Торговали мануфактурой, галантереей, хлебом и мясом. По свидетельству очевидцев, в Охотном ряду в Москве нет ни одной мясной лавки, где бы ни было рогачёвских мясников. Крупным торговцем мясом был Гордеев, он скупал в день 500-600 голов крупного рогатого скота. Кожи у купцов обычно скупали Юрасов и Архаров, владельцы кожевенных заводов устроенных на Реке Лбовке. Они не гнушались кожами дохлых лошадей, собак и кошек. Они также покупали кожи у охотников, в том числе шкуры рысей, лисиц.

Нет сомнения, Рогачёво и рогачёвцы, жители рогачёвской волости обязаны были, до 1917 года, нажитым богатством и благополучием как своей предприимчивости и трудолюбию, так и умению целенаправленно использовать преимущества природного, географического расположения села. Я имею в виду широко известные Рогачёвские яриарки. Последующий текст создан на основе блога «Записки Дилетанта», см. dilettante55.blogspot.com/2013/11/1917.html

ярмарка 1

«Вроде ничего сложного нет. Люди торговали и торговали и об этом все знают. Но почему именно на этом месте велась такая активная торговля и достаточно продолжительное время — несколько сотен лет? Понял причины такой популярности знаменитых Рогачевских ярмарок. Многие слышали о Поле чудес в Рогачёво, знаменитое среди чёрных копателей и кладоискателей Москвы и окрестностей.
Рассмотрим карту. Это три поля расположенные на окраине села. Ориентироваться здесь легко. Поля выделенные красными овалами вдоль окружной дороги это и есть Поле чудес. Прямая линия — хорда соединяющая концы окружной дороги это улицы Рогачёва. При желании можно различить и площадь Осипова и храм и кладбище. Именно на этих полях и проходили Рогачёвские ярмарки». Причём, ранее на этом месте располагалось первое рогачёвское (староверческое) кладбище. См. «Историю торгового села Рогачёва» И. Т. Покровского. Ничего удивительного в этом нет. Рогачёвцы, основавшие здесь поселение были истинно православные христиане, как и все русские люди. В 17 — 18 веках стараниями Никона, царя Алексея и его сына Петра 1 исконная народная вера была лукаво и насильно подменена новым европейским христианством, по форме схожим, а по сути противоречащим изначальной вере русских людей. Преследования, моральные и физические староверов (старообрядцев) заключались и в запрете хоронить умерших на старых кладбищах и уничтожению их — запахиванию.Так же и при насаждении новой в России веры — коммунистической уничтожались повсеместно церковные кладбища. И в Рогачёве исчезло кладбище у собора. Здесь, когда строили на его территории сначала ТП, а затем ресторан «Радуга» всё вокруг было завалено костями и черепами наших предков.И посмотрим на это же место глазами Шуберта

ярмарка 5

ярмарка 6

Место ярмарок между Безбородово, Кочерги, Васнево.

Источник

РОГАЧЕВО[18]

История села Рогачево уходит своими корнями во времена отчаянного соперничества московских и тверских князей за первенство в русской земле. Спор шел не только о том, какой город станет в центре возрождаемой державы, но и на каких основаниях она будет строиться. По реке Сестре издавна проходил рубеж между землями двух княжеств, а значит, в этих краях было неспокойно. В 1361 году у места впадения небольшой речки Пешношки в Яхрому ученик преподобного Сергия Радонежского Мефодий основал новый монастырь, храм которого освятил во имя Святителя Николая. Это было время нового духовного подъема страны, после темных лет ордынского ига. Мудрая политика князя Ивана Калиты и его сыновей — Симеона Гордого и Ивана Красного, подарила московским землям «тишину великую» — спокойствие от набегов и междоусобиц, продолжавшееся более 40 лет. Вот тогда и стали на русской земле возникать обители. Хотя иноки, создавая обитель, надеялись обрести в новых местах покой и уединение, удавалось это далеко не всем. Новый монастырь притягивал к себе людей, Шли паломники, за ними подтягивались крестьяне, под покровом монастыря начинали пахать землю, сеять хлеб, возникали деревни и села. Покровительство новому монастырю, получившему название Николо-Пешношского, оказывал Дмитровский князь — младший сын Дмитрия Ивановича Донского Петр[19]. Именно он пожаловал монастырю во владение село Рогачево с деревеньками, что и является первым упоминанием о нем в источниках. Поскольку достоверно известно, что Петр Дмитриевич умер в 1428 году, то это самая поздняя дата, когда могла свершиться передача села монастырю, Естественно, что оно было основано ранее — не пустое же место князь жаловал.

Загадочно происхождения названия села. Автор подробной истории Рогачево священник И.Т. Покровский предположил, что, находясь в московско-тверском пограничье, село нуждалось в защите и было укреплено рогатками, отчего и получило свое название <36>.

Изданный в наши дни «Топонимический словарь Московской области» подверг эту версию критике. По мнению его автора, «наиболее вероятно, что название Рогачево образовано от личного имени Рогач с помощью притяжательного суффикса -ев, или от фамилии Рогачев, т.е. относится к числу типичных владельческих названий» <37>.

Оба источника в один голос критикуют третью версию, получившую распространение во второй половине XIX века, согласно которой название села произошло от одного из занятий его жителей — изготовления роговых гребней. Такой промысел действительно был распространен в Рогачево, но развился уже в XVIII веке и никак не мог дать имя селу.

Справедливо критикуя первую версию[20], автор второй явно не учитывает историю села. Насколько известно из источников, оно никогда не было владельческим. Уже в XIV веке оно было центром округи (что следует из наличия в нем церкви и приписывания к нему деревень), а источники того времени ничего не сообщают о неком Рогаче, который мог бы быть его владельцем. Монастырю село принадлежало вплоть до секуляризации церковных земель во времена правления Екатерины II, Поэтому версия о владельческом происхождении названия Рогачево тоже выглядит сомнительной.

Рискнем предложить читателю свою версию, Известно, что у села Рогачево есть почти полный тезка, расположенный в Гомельской области нынешней Белоруссии город Рогачев. Впервые он упомянут в Ипатьевской летописи под 1142 годом. В XIV веке город входил в состав Великого княжества Литовского. Но как раз в это время, в службу Великому князю Владимирскому и Московскому Дмитрию Ивановичу прибыли из Литвы многие литовские князья, в том числе Андрей и Дмитрий Ольгердо-вичи, прославившиеся на Куликовом поле. Естественно, что они приехали на Москву не в одиночестве, а в сопровождении многочисленных дружин. В Великом княжестве Литовском в конце века начинается борьба за власть между потомками великих князей Ольгерда и Кейстута. Можно предположить, что какая-то часть жителей города Рогачева (скажем, сторонников православного Андрея Ольгердовича) последовала за своим князем в Московские земли и здесь основала село, названное в честь родного города.

Священник И.Т. Покровский отмечает особый тип рогачевцев, не схожий с жителями окрестных мест (подробнее об этом — ниже). Обращает на себя внимание и выгодное с торговой точки зрения место расположения села на пересечении двух сухопутных трактов (из Дмитрова в Клин и из Москвы в Корчеву и Тверские земли) и водного торгового пути по Яхроме и Сестре. Это тоже говорит о том, что основателями Рогачево могли быть не крестьяне, а тороватые горожане из земель литовских. Т.е. некоторое городское начало присутствовало в селе изначально.

Столь выгодное положение определило и основной вид занятий жителей села — торговля. Это не значит, что поля вокруг Рогачево пустовали. Но их обработкой занимались жители окрестных деревень. Село быстро богатело. В Смутное время Николо-Пешношский монастырь был взят и разорен «литвой» — так называли в документах того времени отряды польских и литовских интервентов и примкнувших к ним «воров» местного происхождения. В синоднике обители поминается братия, «убиенная литовцами»: «два иеромонаха, два священника, один иеродиакон, шесть схимников и тридцать семь трудников». Однако братии удалось надежно спрятать и сохранить некоторые сокровища и святыни монастыря — иконы, книги, раку с мощами Мефодия Пешношского и его посох <38>. Хотя об этом и не сохранилось достоверных известий, но можно уверенно предположить, что и вся округа монастыря, включая Рогачево, была разграблена и сожжена в те лихие годы.

Однако выгодное положение села позволило местным жителям быстро восстановить порушенное хозяйство. Уже в 1620 году царь Михаил Федорович издает указ, в котором повелевает откупщику Баженку Микифорову не собирать более таможенную пошлину в селе Рогачево, а собирать в нем сумму в 28 рублей 11 алтын с деньгой в пользу Николо-Пешношского монастыря, для которого эти доходы должны были заменить государеву ругу — прямые выплаты из казны, что составляли прежде 25 рублей в год <39>.

Сумма таможенных сборов в Рогачево немаленькая и превосходит доходы иных городов Московского царства. Возможно, поэтому государственные органы стремились вернуть сборы с Рогачево в казну, что требовало от монастыря постоянно подтверждать свое право на получение этих денег. Борьба за них шла фактически весь XVII век.

Положение монастырских крестьян было промежуточным между владельческими и государственными крестьянами. С одной стороны, они находились в зависимости от монастырских управляющих, с другой стороны — в отличие от помещика, монастырь был гораздо более устойчивым хозяйственным механизмом, и степень эксплуатации поселян была заметно ниже. Во всяком случае, многим помещичьим крестьянам жизнь крестьян монастырских представлялась куда более привлекательной, с чем связан постоянный отток жителей из дворянских вотчин на церковные земли.

Впрочем, отношения между жителями Рогачево и обителью не всегда были гармоничными. В 1665 году в селе произошел бунт против монастыря. Что именно послужило его причиной и какие последствия произвело возмущение — источники умалчивают.

В 1688 году Патриарх Иоаким утвердил правила для руководства монастыря по управлению принадлежащими ему крестьянами, Этот документ достаточно полно описывает отношения села и обители, а потому приведем его целиком:

«Приказчикам в селе Рогачеве не жить.

С крестьян села Рогачева брать в монастырскую казну оброк по 1 рублю со двора, притом обязаны крестьяне варить монастырский квас, садить капусту и строить, что прикажет настоятель.

Ежели им, крестьянам, нужно будет выстроить что на монастырской земле, то за каждую квадратную сажень земли должны вносить в монастырскую казну по гривне.

Приказным в посылках с судных делах брать пошлину с 1 рубля по гривне, с правого десятка по 7 алтын и две деньги; издержки падают на виноватых.

Жалование им получать по 30 вытей (паек, участок) с четью (четверть), по 20 алтын деньгами, а хлебом по осмине ржи и по осмине овса с выти однажды в год.

Ежели крестьянин сварит пива или браги, то должен объявить о том приказчику, а сей берет пошлину с чети две деньги.

Который крестьянин продаст в другую волость или свою хоромину, или одонье ржи, или стог сена, пошлина с него четыре деньги.

Который крестьянин стеснит чужую жену, или чужой выгон, или другое какое угодье, приказчик с виновного берет два алтына и две деньги.

Излишнего с крестьян ничего не требовать и убытков и налогов не чинить» <40>.

Таким образом, правила устанавливали определенную самостоятельность жителей Рогачево (монастырские приказчики не могли там пребывать постоянно, а размер их жалованья был четко определен), о которой и не могли мечтать помещичьи или вотчинные крестьяне. Обращает также внимание и то, что монастырь предпочитает получать с села денежный оброк, а не натуральные повинности.

Однако эти правила не смогли полностью упорядочить отношения тороватых крестьян и обители. Решать проблему пришлось лично государю Петру Алексеевичу. В 1700 году, когда царь, проезжая реками Дубной, Сестрой и Яхромой для обозрения хода на судах из Волги в Москву, посетил Пешношский монастырь, то услышал жалобу от Игумена Феофана с братией на непокорность крестьян и на несправедливость со стороны гражданской власти в судебных дачах. Дабы сильнейшею властью укротить непокорных и защитить обитель от несправедливостей, он именным своим указом от 11 апреля 1700 года повелел Пешношскому монастырю со всеми вотчинами быть под ведением Троицкого монастыря, которому поставлялось в обязанность тот «Николаевский Пешношский монастырь ведать и от посторонних всяких обид оберегать».

Читайте также:  По реке до гринвича

С того времени учрежденный Собор Троицкого монастыря начал поставлять на Пешношу строителей вместо прежних игуменов. Братии и крестьянам в то же время подтверждено было, чтобы оказывали строителю беспрекословное во всем повиновение <41>.

Теперь владельцем села стал один из крупнейших и известных монастырей России. Если для Николо-Пешношского монастыря Рогачево были главным источником доходов, и с интересами села приходилось считаться, то для присланных из Троицы строителей оно было лишь одной из многочисленных вотчин. При этом, даже покровительство славнейшей в России обители не могло спасти село от фискальной активности государственных служащих. Страна дорого оплачивала преобразования Петра «Титатна» — строительство Санкт-Петербурга, флота, создание регулярной армии, все это требовало денег и их «выжимали» не считаясь с законами.

В 1722 году крестьяне села Рогачево жаловались Священному синоду за незаконные поборы сборщиков, целовальников и земских дьяков. Предписано было провести расследование. Однако в делах Синодального архива нет данных о том, чем закончилось это дело <42>.

В 1730 году Николо-Пешношскую обитель возглавил необыкновенный человек. Строителем назначили Августа (Старкова), и он в полной мере оправдал своё звание. Всего за четыре года отец Август практически закончил тот план архитектурного преображения монастыря, который полвека назад задумывал архимандрит Корнилий.

Работами занимались монастырские крестьяне. Чтобы увеличить их рвение, строитель сам копал землю. Видя, что их начальник не «белоручка» и что он не брезгует трудиться вместе с ними бок о бок, крестьяне удваивали своё усердие.

Строитель Август не ограничился территорией монастыря. Он благоустроил и подходы к нему. Начальник братии провёл дорогу от Васильевского поля к обители. На всём протяжении путь был обрыт канавами, чтобы в дождливое время вода стекала в кюветы и дорога оставалась проходимой даже в непогоду. Смотрением отца Августа была также проложена гать от монастыря к селу Говейнову. На протяжении целой версты дорогу выложили брёвнами <43>.

Конечной целью глава обители видел возрождение самостоятельности монастыря, что отвечало интересам и рогачевских крестьян, однако в этом о. Августу было отказано.

В 1744 году строителя Августа сменил иеромонах Феогност, и ничего хорошего из этого не проистекло. Сразу же в Рогачеве вспыхнул крестьянский бунт. Народ отказался повиноваться новому начальству. Посланную на усмирение команду разметали: капитана ранили, солдат избили. Дело дошло до Сената; последовало распоряжение «послать туда штаб-офицера из русских». Посланнику удалось утихомирить крестьян. Выяснилось, что причиной возмущения стал слух, будто крестьяне приписных монастырей объявлены свободными.

Интересно, что источники не сообщают о каких-либо наказаниях, которым подверглись бунтовавшие крестьяне. Правительство поступило с ними мягко, ведь, по сути дела, они пытались из монастырского подчинения перейти в государственное. К тому же командир первой воинской команды, посланной наводить порядок, был, судя по всему, «немцем» — иноземцем на русской службе (это можно предположить из решения Сената «послать штаб-офицера из русских»), а одним из лозунгов взошедшей незадолго до этого на престол «дщери Петровой» — императрицы Елизаветы, была борьба с «иноземным засильем», поэтому поступок крестьян мог быть расценен как не слишком тяжкий. И опять же, новая государыня обещала править «милостиво и ласково», поэтому и наказание бунтовщиков свелось, судя по всему, к «отеческому внушению» со стороны «штаб-офицера из русских».

Впрочем, духовные власти, против которых и был направлен бунт, по-своему наказали крестьян, В следующем году последовало распоряжение из Троице-Сергиевой обители, чтобы из Пешноши присылали ежегодно хлебные запасы на содержание Троицкой Ново-Сергиевой пустыни. Естественно, что большую часть этих запасов должны были поставить рогачевские крестьяне.

В 1759 году в ходе очередного разбирательства о положении Рогачево была составлена бумага, из которой следовало, что в селе и сливающихся с ним сельцах проживало 550 ревизских душ крестьян <44>.

В 1762 году взошедший на престол император Петр III Федорович пытается радикально разрешить вопрос о церковном землевладении. По его указу все церковные земли передавались в управление специально созданной Экономической коллегии. Населявшие их крестьяне освобождались от всех повинностей в пользу бывших владельцев, взамен чего были обязаны платить в Экономическую коллегию по одному рублю с мужской души в год. Эти средства должны были пойти на содержание духовенства.

Реформа вызвала резкое осуждение последнего (причем не столько по сути реформы, сколько по радикальному и не учитывающему местную специфику проведение ее в жизнь) и горячее одобрение монастырских крестьян.

Но летом 1762 года император пал жертвой государственного переворота, устроенного его супругой Екатериной[21]. Она немедленно отменяет церковную реформу и возвращает все как было. Неудивительно, что такая перемена вызвала острое недовольство крестьян, уже успевших ощутить облегчение своего положения. Летом 1763 года в Рогачево явились новые представители администрации, объявившие о восстановлении старых порядков. Когда эти предписания были объявлены собранным крестьянам, то вспыхнул между ними мятеж с криками буйства и непокорности. Строитель приказал сотенному взять некоторых под стражу, но толпа мятежников воспротивилась и до того простерла свое буйство, что строитель вынужден был бежать в монастырь. Об этом подробно было доведено до сведения правительства, которое оказалось не столь милостивым, как елизаветинское. Наиболее виновные Сергей Дунаев, Илья Марков и солдат Белкин были наказаны, а прочие обузданы строгими мерами <45>.

А ровно через год, в 1764 году, утвердившаяся на троне императрица провела секуляризацию церковных земель куда более радикально и жестко, чем ее супруг. Николо-Пешношский монастырь был лишен своих владений, определен в третий разряд, а потом и вовсе упразднен, с обращением его церквей в приходские. Хозяйственное имущество монастыря было поделено между крестьянами, многое перепало и Рогачеву — например, находившиеся в селе 20 торговых лавок, принадлежавших обители.

Важно отметить, что в сложных, порой конфликтных отношениях между селом и монастырем не было антиклерикальной составляющей. Напротив, рогачевские крестьяне любили и почитали свой монастырь и в 1766 году поддержали ходатайство о его восстановлении. Неоднозначную позицию в этом сложном вопросе занимали и государственные власти. Получить доходы с богатого торгового села было заманчиво, вот и закрывали глаза на попытки крестьян перебраться в статус государственных, а то и втихомолку поощряли таковые.

Екатерининское время стало для Рогачево своеобразной лотереей, в которой село могло выиграть как счастливый, так и проигрышный билет. С одной стороны, в ходе уездной и городской реформы такие вот торговые села преобразовывались в новые города. Такой «счастливый билет» выпал Корчеве и вполне мог достаться Рогачево, которое было более многолюдным и куда более богатым селом. Но тут свою роль сыграла география — всего в 18 верстах от села находился древний и процветающий Дмитров, который и стал столицей нового уезда.

Но помимо выигрыша, мог быть и крупный проигрыш — многие из владений, конфискованных государством у Церкви, щедрая императрица раздаривала приближенным. А после подписания ею Жалованной грамоты дворянству в 1785 году, крепостное право в России достигло своего апогея, заслужив от современника характеристику «барства дикого без чувства, без закона».

Претендентов на богатое и доходное село было немало, но оно так и не было передано в частное владение. Возможно, сыграла свою роль беспокойная репутация рогачевских крестьян, которую они сохранили и после 1764 года.

В 1777 году Переславское епархиальное управление решило изъять из Николо-Пешношского монастыря, как «не штатного и стоящего на пустом месте», 219-пудовый колокол, чтобы перевезти его к Собору Его Высокопреосвященства. Обители предполагалось передать колокол почти вдвое меньшего размера — 139-пудовый.

Операцию по снятию колокола возглавил строитель Лукьяновской пустыни Иеромонах Филарет со стряпчими и работными людьми. Монастырские ворота предусмотрительно заперли, опасаясь «буйства соседственных крестьян».

И не зря опасались. Более ста человек из села Рогачево и окрестностей проникли в монастырь через незапертую калитку и «увоза колокола не допустили». Так он и остался на земле. Крестьяне были вызваны в Государственную коллегию, но все обвинения отрицали. Пока шел суд да дело, одной из ночей колокол все-таки увезли в Переславль. Кстати, обещанный на замену 139-пудовый колокол в обитель так и не прибыл.

В 1788 году по упразднению Переславской епархии, рогачевские крестьяне обратились с ходатайством вернуть колокол в монастырь, а когда это не удалось, пытались выкупить его за 1500 рублей уже для храма в селе Рогачево. Свою настойчивость в этом вопросе крестьяне мотивировали тем, что сей колокол был отлит на пожертвования их предков[22]. Возможно, им удалось бы добиться своего, если бы колокол не отправился к тому времени в Петербург, где попал на колокольню Петропавловского собора <46>. В том же 1788 году русские войска штурмом взяли турецкую крепость Очаков в Северном Причерноморье. В 1794 году бывшая мечеть крепости была перестроена в православный Свято-Никольский собор, и рогачевский колокол отправился в него. Возможно, свою роль сыграло совпадение посвящения храма и монастыря, для которого колокол был изначально отлит, — скажем, на колоколе могло быть изображение святого Николая или надпись, посвященная ему[23].

Гроза 1812 года до Рогачева не дошла, но свой след в истории села оставила. Падение Москвы, отступление в неизвестном направлении русской армии, огромный пожар, зарево которого было видно в Рогачево, повергли местных жителей в панику. Все активное население села, гоня скотину и везя скарб, ушло на две недели в Раменские леса. Память о вынужденном кочевании сохранялась долго.

В домах остались лишь старые да больные — «на волю Божию» или отдельные сорвиголовы, что порой предпринимали отчаянные вылазки навстречу французским отрядам. В истории Рогачево сохранилось упоминание о местном крестьянине по прозвищу Камолый[24], который с собственным ружьем отправился на дмитровскую дорогу «подстеречь француза». Около села Синькова бравый поселянин встретил двух верховых французов, одного из которых убил, а второго обратил в бегство. Трофейная лошадь некоторое время служила в крестьянском хозяйстве, но долго не протянула <47>. Вскоре на дорогах уезда появились казачьи заставы, надежно прикрывшие жителей от вражеских фуражиров и мародеров. Себя казаки тоже не забывали, регулярно наведываясь в села в поисках продовольствия и фуража. Впрочем, людей не обижали, не грабили, и отношения с населением поддерживали в целом хорошие.

Великим годом в истории Рогачево стал 1858 год. 13 августа село посетил проездом из Клина в Сергиев Посад Государь Император Александр II Николаевич — Царь Освободитель. Предоставим слово очевидцу встречи о. Илье Покровскому:

«Августейшая семья остановилась напротив святых ворот Рогачевского храма близь дома крестьянина Блинова, сретаемая местным духовенством, с хоругвями и святой водой, и необъятною массою народа со всех концов местности. Была перемена лошадей. Волостной голова крестьянин села Рогачева Александр Спиридонович Сорофанов и старшина Иван Гаврилович Седов поднесли Государю хлеб соль и два ананаса. Государь изволил спросить “Чье это село?” “Вашего Императорского Величества”, было ответом. Крестьянин села Рогачева Алексей Авксентиевич Алтынов осмелился преподнести Государыне десяток яблок в картузе, а крестьянка Марья Сергеевная Асташева Августейшим детям осмелилась поднести один фунт булок (баранок). Все преподнесения были приняты. Государыня изволила расспрашивать: во имя кого храм в селе, когда он построен и осведомилась о благосостоянии села».

Благонамеренная картина, — царь в окружении любящих его крестьян. В книге Ивана Сергеевича Шмелева «Богомолье» крестьяне подмосковного села Мытищи вспоминают о своей односельчанке, ставшей кормилицей будущего императора, и говорят — вот от молочка-то ее крестьянского он понял нас, освободил крестьян по всей России. Метафора, конечно, крестьянская реформа готовилась долго и тщательно, и впервые подходы к ней начал искать еще дядя Александра II — победитель Наполеона император Александр I Благословенный. Много сил этому вопросу отдал и его преемник Николай I, но все- гаки на волевой акт освобождения крестьян решился только его сын. И может быть встречи, подобные рогачевской, помогли Государю решиться на этот отнюдь не простой шаг.

Впрочем, о монархизме жителей Рогачево еще будет сказано на этих страницах. А пока давайте познакомимся с ними поближе.

Источник

Торговое село Рогачёво и храм Николая Чудотворца, Московская область

Когда едешь по второй «бетонке» (Московское Большое кольцо, трасса А108), то почти на полпути между Дмитровом и Клином, чуть в стороне от дороги взгляд вдруг выхватывает огромный пятиглавый храм с высокой колокольней. Он гораздо больше, чем обычные сельские церкви в наших местах. Это — старинное торговое село Рогачёво и храм Николая Чудотворца.

Никольский храм в Рогачёве

Никольский храм в Рогачёве

Селом Рогачёво Дмитровского района Московской области завершается Рогачёвское шоссе — одна из красивейших трасс северного Подмосковья, проходящая по холмам Клинско-Дмитровской гряды. Далее на север уходит небольшая дорога к Медведевой пустыни и Николо-Пешношскому монастырю. На запад идет дорога в Клин, на восток — в Дмитров. Уже одно то, что село находится на пересечении этих дорог, говорит о богатстве этого поселения, обусловленного выгодным географическим положением. Так оно и было.

История села Рогачёво

Первое упоминание о селе Рогачёво относится к 1428 году, когда дмитровский удельный князь Петр Дмитриевич (1385-1428, сын Дмитрия Донского) подарил его Николо-Пешношскому монастырю, во владении которого оно оставалось вплоть до царствования Екатерины Великой. Вероятно, Рогачёво было основано еще ранее, в XIII-XIV веках, в эпоху борьбы московских и тверских князей. Оно находилось на границе двух крупных княжеств, тверские князья часто опустошали эти земли.

Название села происходит, согласно общепринятой версии, от слова «рогатина» — во времена смут этим холодным оружием местные жители оборонялись от незваных гостей. По другой версии — от слова «рог», которое также имеет значение стрелки реки: недалеко от Рогачёва река Яхрома впадает в Сестру.

Вскоре Рогачёво превратилось в крупный торговый центр, через него проходили речные торговые пути из Москвы на русский Север. По реке Яхроме сюда поднимались большие речные корабли. Здесь товар перегружали на более легкие суда и везли выше по реке, в Дмитров. В XVII веке этот речной путь потерял свою значимость, однако Рогачёво сохранило за собой роль местного торгового центра. Через Рогачёво также проходила большая дорога из Дмитрова в Клин и далее в Корчеву — крупный волжский порт (о ней рассказ еще впереди).

Читайте также:  Биотические факторы реки волги

О размахе торговли в Рогачёве свидетельствуют такие цифры. Еще в XV столетии в Рогачёве насчитывалось 20 монастырских лавок. В начале XVII века с села собирались таможенные пошлины, что говорит о крупном размахе торговли. В XVIII веке рогачёвские купцы торговали в Санкт-Петербурге и других городах России, в том числе и отдаленных.

13 августа 1858 года Рогачёво посетил император Александр II с супругой императрицей Марией Александровной и детьми Николаем Александровичем и Марией Александровной.

Волостной голова Александр Спиридонович Сарафанов и старшина Иван Гаврилович Седов преподнесли государю хлеб-соль. Крестьянин Алексей Алтынов преподнес государыне в картузе десяток яблок, а крестьянка Марья Асташева преподнесла детям фунт баранок. Все преподнесения были приняты, а государыня изволили расспрашивать о благосостоянии села и о сельском храме.

В 1885 году в селе существовало 50 лавок, гостиный двор, 6 трактиров, 4 питейных заведения с винным складом и погребами, 4 кожевенных и один клейный завод. Еженедельно устраивались два рынка, ежегодно — две ярмарки: Никольская и в десятую пятницу после Пасхи. Дважды в год также устраивались сборные рынки: зимой перед Николиным днем и в понедельник третьей недели Великого поста. Торговали галантереей, мануфактурой, колониальными товарами, мясом, хлебом. На рогачёвские ярмарки съезжалось до 10 тысяч человек, годовой торговый оборотный капитал достигал более миллиона рублей. Товары (за исключением мяса) везли сюда из Москвы, Петербурга, с Нижегородской, Ростовской, Рыбинской и Псковской ярмарок. Рогачёвские купцы торговали и в Москве, на Охотном ряду. Жители Рогачёва также занимались башмачным, сапожным и игрушечным промыслами.

Священник Илья Покровский, выпустивший в 1886 году книгу «Торговое село Рогачево», писал:

Современный рогачевский народ очень неглупый, религиозный, деятельный, предприимчивый и чрезвычайно трудолюбивый.

История сохранила имена рогачёвских торговцев: Квасков, Блинов, Мочалов, Мошкин, Сарафанов. Крупным мясным торговцем был Гордеев. Кожевенными заводами владели Юрасов и Архаров.

Село быстро разрасталось. Сейчас в нем насчитывается 12 улиц и два переулка. И неудивительно, что здесь появился огромный Никольский храм, самый большой сельский храм Подмосковья. До XVII века здесь стояла деревянная церковь Иоанна Предтечи. В конце столетия на ее месте поставили холодный пятиглавый храм во имя святителя Николая Чудотворца с трапезной и приделом Иоанна Предтечи. В 1849 году его разобрали, и в 1853 году построили новый, каменный, с двумя пределами в честь Смоленской иконы Божией Матери и Иоанна Предтечи.

В 1862 году на средства местных купцов Мошкиных и Гордеевых было начато строительство огромного Никольского храма в русско-византийском стиле, который включил в себя старую трапезную с двумя приделами. Строительство собора продолжалось 23 года и было завершено в 1886 году. Колокольня была построена в 1877 году. В церкви было медное паникадило на 48 свечей весом в 60 пудов, резной иконостас работы М. А. Рагожина.

Никольский храм в селе Рогачёво

Никольский храм в селе Рогачёво, фото конца XIX века

В 1935 году Рогачёво стало центром Коммунистического района Московской области (упразднен в 1957 году). С 27 ноября по 9 декабря 1941 года село было оккупировано немцами. В настоящее время Рогачёво — крупное село, где есть детский сад, средняя школа, больница, стадион, сеть магазинов. В Рогачёвской сельской библиотеке создан мини-музей «Моя родная старина».

Помимо Никольского храма в Рогачёве сохранились старинные каменные дома на Соборной площади и других улицах, интересные деревянные дома с резными наличниками.

Фотографии и впечатления

Я проезжаю через Рогачёво по дороге на дачу. Само Рогачёвское шоссе представляет интерес — здесь красивая природа, а также множество интересных памятников архитектуры: старинные церкви, усадьбы.

Рогачёвское шоссе

Рогачёвское шоссе

Ближе к Рогачёву рельеф становится равнинным — холмы Клинско-Дмитровской гряды остаются позади, начинается Приволжская низменность. В одном месте, почти у самого села, уже с середины лета желтеют листья на деревьях — то ли почва такая, то ли какая-то другая аномалия.

Рогачёвское шоссе

Где-то за деревьями мелькнет золоченый купол колокольни. А затем и весь комплекс появляется во всей своей красе.

Никольский храм в Рогачёве

Никольский храм в Рогачёве

В селе, что встречается не часто, попадаются каменные строения — свидетельство былой роскоши и богатства.

Село Рогачёво

Большинство из них сосредоточены на центральной (Соборной) площади.

Село Рогачёво

Соборная площадь в селе Рогачёве

Эффектно смотрится храм и с другой стороны, когда въезжаешь в село со стороны Большого Московского кольца (трасса А108).

Никольский храм в Рогачёво

Никольский храм в Рогачёво

На Соборной площади почти всегда многолюдно. Здесь, рядом с храмом — местный рынок, магазины, несколько памятников, стоянка такси.

Памятник жителям села Рогачёва, павшим в годы Великой отечественной войны

Памятник жителям села Рогачёва, павшим в годы Великой отечественной войны

Дом на Соборной площади в Рогачёве

Дом на Соборной площади

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца

Дома на Соборной площади в Рогачёве

Дома на Соборной площади

Памятник героям локальный войн

Памятник героям локальный войн

За памятником сзади справа — здание местной библиотеки, где силами сотрудников библиотеки и местных жителей создается местный музей.

Никольский храм поражает воображение своими размерами. Вблизи он кажется еще больше. Сейчас в нем ведется реставрация, однако службы уже идут.

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Он такой громадный, что почти не помещается в объектив, хотя я и отошла почти на другой конец площади.

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Колокольня храма Николая Чудотворца в Рогачёве

Колокольня храма Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Храм Николая Чудотворца в Рогачёве

Специально в Рогачёво ехать, возможно, и не стоит. А вот если совместить посещение села с поездкой в Медведеву пустынь и Николо-Пешношский монастырь, то получится очень интересный маршрут по одному из красивейших уголков Северного Подмосковья.

Источник



РОГАЧЕВО (ДМИТРОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ ОКРУГ)

Рогачёво, село в России, административный центр Большерогачёвского сельского поселения Дмитровского городского округа Московской области, центр Рогачевского благочиния Сергиево-Посадской епархии. Расположено на западной окраине Яхромской поймы, в 24 км к северо-западу от Дмитрова. Население — 3379 человек (2010).

Первое упоминание села Рогачёва относится к 1428 году, когда Дмитровский удельный князь Пётр Дмитриевич подарил село Николо-Пешношскому монастырю, владением которого оно оставалось до секуляризации церковных земель в 1764 году. В начале XVI века через Рогачёво проходили речные торговые пути и крупные дороги: из Клина в Дмитров и из Москвы в Корчеву. Село было последним рубежом, куда по реке Яхроме могли подняться тяжёлые грузовые корабли и в нём находился перевалочный пункт, где товары перегружали на более лёгкие суда, которые везли их выше по реке в Дмитров. С потерей значения этого торгового пути в начале XVII века Рогачёво сохранило роль местного торгового центра. К началу XX века село было одним из богатейших в Московской губернии, где веками закрепились несколько крупных семей купцов и промышленников, и даже бедные крестьяне были богаче большинства других в Дмитровском уезде.

В 1918 году в Рогачёве произошло крестьянское восстание во время попытки сбора «чрезвычайного революционного налога» представителями большевистской власти. После расправы над зачинщиками, здесь закрепилась власть красных.

В 1935-1958 годах Рогачёво было районным центром Коммунистического района Московской области РСФСР. Во время Великой Отечественной войны, в ходе Битвы за Москву, Рогачёво подверглось немецко-фашистской оккупации с 27 ноября по 9 декабря 1941 года. В октябре 1959 года в селе был открыт совхоз «Рогачёвский».

В 1994-2005 годах Рогачёво — административный центр Большерогачёвского сельского округа. 28 февраля 2005 года образовано сельское поселение Большерогачевское Дмитровского района Московской области, и Рогачево стало его административным центром [1].

Статистика

  • 1939 — 2011 человек
  • 2006 — 3631 человек

Религия

Деревянная церковь во имя святого Иоанна Предтечи существовала в селе до XVII века. На исходе того столетия взамен прежнего был выстроен новый храм во имя святителя Николая Чудотворца. В XIX веке был возведён более внушительный Никольский храм, действующий и поныне.

До 2011 года село входило в состав Дмитровского благочиния Московской епархии. 26 июля того года был образован Рогачевский благочиннический округ и село Рогачёво стало его центром.

С 13 апреля 2021 года Дмитровский городской округ находится в пределах новообразованной Сергиево-Посадской епархии.

Святые

  • Сщмч. Иосиф Архаров, свящ. (+ 1937) — уроженец села

Храмы

  • Иоанна Предтечи (замещён Никольским)
  • Казанской иконы Божией Матери
  • Николая Чудотворца

Источник

Речка в селе рогачево

Рогачёво

Рогачёво

Рогачёво

Рогачёво

Рогачёво

Рогачёво

Село в составе Дмитровского городского округа Московской области. До 2018 центр Больше-Рогачёвского сельского поселения Дмитровского района. По состоянию на 2006 г. численность официально зарегистрированного населения — 3631 человек.

Первое упоминание относится к 1428 году, когда дмитровский удельный князь Пётр Дмитриевич подарил село Рогачёво Каменского стана Николо-Пешношскому монастырю. В начале XVI века через Рогачёво проходили речные торговые пути, связывающие Москву и русский север. Село было последним рубежом, куда по Яхроме могли подняться тяжёлые грузовые корабли и в нём находился перевалочный пункт, где товары перегружали на более лёгкие суда и везли выше по реке в Дмитров. С потерей значения этого торгового пути в начале XVII века Рогачёво сохранило роль местного торгового центра. Рогачёво находилось также на перекрёстке двух крупных дорог средневековья: из Клина в Дмитров, и из Москвы в тверскую Корчеву — крупный порт на Волге.

17 декабря 1667 г. игумену Николо-Пешношского монастыря Гурию дана царем Алексеем Михайловичем грамота об уничтожении в селе Рогачёво избы, поставленной для питейной продажи.

В 1698 г. царь Петр Алексеевич выдал грамоту о том, чтобы просителям новомещанской слободы «Василью Андриянову и Василью Подпружникову» в построении в селе Рогачёво кружечного двора и от оного в 5 верстах на пристани чарочной избы отказать.

В 1722 г. крестьяне села Рогачёва жаловались Святейшему Синоду на незаконные поборы сборщиков, целовальников и земских дьяков. Предписано было произвести расследование.

В 1744 г. крестьяне села Рогачёва и других ближайших деревень, принадлежавших Николо-Пешношскому монастырю, отказались повиноваться монастырскому начальству. Посланного усмирять их капитана, покололи, а солдат прибили. Сенат распорядился послать туда штаб-офицера из русских, которому удалось усмирить крестьян. Они объявили, что причиной неповиновения были слухи, будто крестьяне, приписанные к монастырю, объявлены свободными.

23 февраля 1763 г. объявлен приказ Дмитровской воеводской канцелярии о новых сборах с рогачевских крестьян, что вызвало «мятеж с криками буйства и непокорности». «Виновные Сергей Дунаев, Илья Марков и солдат Белкин достойно наказаны, а прочие обузданы строгими мерами».

В 1764 г. Рогачёво с деревнями изъято из Николо-Пешношского монастыря и передано в ведение Государственной коллегии экономии.

В 1811 г. московским купцом Ионом Фоминским в Рогачёве построена общественная богадельня для призрения 20 женщин и 4 мужчин.

В 1812 г. жители села Рогачёва и других соседних селений уходят от французских неприятелей в Раменские леса, увозя с собою имущество по возможности и уводя скот. И жили там около двух недель.

13 августа 1858 г. император Александр Николаевич с императрицей Марией Александровной и детьми Николаем Александровичем и Марией Александровной посетили Рогачёво. Волостной голова Александр Спиридонович Сарафанов и старшина Иван Гаврилович Седов преподнесли государю хлеб-соль. Крестьянин Алексей Алтынов преподнес государыне в картузе десяток яблок, а крестьянка Марья Асташева преподнесла детям фунт баранок. Все преподнесения были приняты, а государыня изволили расспрашивать о благосостоянии села и о сельском храме.

В 1865 г. старая, деревянная, построенная в 1673 году прихожанами деревни Чернеево и села Рогачево церковь по взаимному согласию и с благословения митрополита Филарета перенесена на Рогачёвское приходское кладбище.

28 августа 1883 г. — сильный пожар в Рогачёве. К месту пожара из храма принесли икону Смоленской Божией Матери. По свидетельству очевидцев «ветер переменил направление, затем стало тихо и пожар скоро кончился, похитив лишь 28 домов».

В 1885 г. отмечается, что рогачёвцы занимаются исключительно торговлей. В селе 50 лавок с гостиным двором на площади, 6 трактиров, 4 питейных заведения, 4 кожевенных и один клейный завод. В году две ярмарки, на которые съезжаются до 10 тысяч человек. Годовой торговый оборотный капитал простирается до свыше миллиона рублей. Торгуют мануфактурой, галантереей, колониальным товаром, преимущественно же хлебным и мясным товаром. Предметы торговли, за исключением мяса, привозятся из Москвы, Петербурга, с Нижегородской, Ростовской, Рыбинской и Псковской ярмарок.
По свидетельству очевидцев, в Охотном ряду в Москве нет ни одной мясной лавки, в которой бы не было рогачёвских мясников.

Священник Илья Покровский выпустил в Москве книгу «Торговое село Рогачёво». В ней он так характеризует местных жителей: «Современный рогачёвский народ очень неглупый, религиозный, деятельный, предприимчивый и чрезвычайно трудолюбивый».

В 1898 г. рогачёвцы занимались сапожным, башмачным, а также игрушечным промыслами.

11 августа 1918 г. произошло восстание в селе Рогачёво. Возбужденная решением Дмитровского комитета бедноты о дополнительном налоге и другими слухами, толпа жителей Рогачёва и его окрестностей напала на прибывший сюда продотряд. Были убиты 6 бойцов. Наследующий день в Рогачёво прибыл из Дмитрова отряд красноармейцев, а затем отряд латышских стрелков из Москвы. В ходе следствия несколько зачинщиков бунта были арестованы и расстреляны. Прах красноармейцев, погибших 11 августа, был перевезен в Дмитров и захоронен в сквере у центральной площади.

В 1926 г. в селе Большое Рогачёво, относившемуся к одноимённому сельсовету одноимённой волости Дмитровского уезда Московской губернии, находилось 354 двора (215 крестьянских и 139 прочих), где проживало 1442 человека (683 мужчины, 759 женщин). Имелись: школа, мельница, хутор ККОВ, агропункт, больница.

В 1935—1958 годах Рогачёво было центром Коммунистического района.

Рогачёво захвачено немцами 26 ноября 1941 г., освобождено 8-9 декабря 1941 г. частями 348-й стрелковой дивизии 30 армии. Все время оккупации школьники Сережа Агеев, Юра и Коля Репнины прятали и лечили 4 раненых красноармейцев. За поджог немецкого склада с лекарствами в селе были расстреляны школьники Астахов Алеша, Блохин М., Воинов С., Глоба Саша, Кожинов Саша, Негин Борис.

В селе есть памятники на братских могилах, краеведческий музей.

В 1954 г. был организован совхоз «Рогачёвский».

В настоящее время в селе: администрация сельского поселения, участковая больница, подстанция Скорой медицинской помощи, детский сад (№74 «Лучик»), средняя общеобразовательная школа, сельский дом культуры, библиотеки (детская и взрослая №47), отделение почтовой связи (141880), отделение милиции, отделение Сбербанка (Среднерусский банк, дополнительный офис №2561/037).

Источник

Adblock
detector