Меню

Какая река имеется в виду под угрюм рекой

Таймени Угрюм-реки

После дневного сплава мы выбрали красивое место на пологом берегу в непосредственной близости от переката.

Угрюм-река — это Подкаменная Тунгуска, один из притоков Енисея на севере Красноярского края. Река и ее притоки с юга огибают самую малоизведанную часть планеты — плато Путорана, питаясь водами его озер. В бассейне этой реки живут эвенки и якуты. Здесь на стрелке, в месте впадения Кочечума в Тунгуску, расположена столица Эвенкии поселок Тура.

Из-за вечной мерзлоты здесь отсутствуют дороги, и только в зимнее время прокладывается зимник, соединяющий отдельные поселки с Турой и Красноярском. Именно в этот далекий сибирский край мы проложили свой маршрут. Мы — это группа любителей путешествий, объединенная единой страстью под названием охота и рыбалка. Нас влекла сюда таинственность края, его отдаленность и малоизведанность, но главное — таймень, причем трофейных размеров.

После длительных переговоров с организаторами тура, тщательной подготовки снаряжения и снастей мы в середине августа вылетели из Москвы в Красноярск. С вылетом в Туру вышла суточная задержка по погоде. Позже мы убедились, что аэропорт Туры Горный действительно горный — около 500 метров над уровнем моря. И когда в Туре низкая облачность, то аэропорт, как правило, закрыт.

Название Угрюм-река очень близко к действительности. Тунгуска проложила себе путь среди серых утесов с крутыми берегами. Поросшая лесом береговая стена справа и слева и только светлое небо над головой — весьма угрюмый пейзаж. Лишь на отдельных излучинах реки открываются красивые дали, сменяющиеся утесами.

Переночевав в Туре, мы 20 августа вылетели вертолетом на север Эвенкии, в отроги плато Путорано. Этот год для севера был жарким, притоки рек обмелели, и рыба скатилась в глубокие места. Большая концентрация рыбы радовала наших рыбаков, но была и другая сторона медали: маловодность рек затрудняла сплав, особенно прохождение перекатов и шивер. Здесь нам пришлось изрядно потрудиться, перетаскивая тяжелые лодки по мелководью.

Вертолетная заброска была выбрана не случайно, так как добраться до этих мест другим транспортом просто невозможно. Решили забраться максимально высоко по притоку Тунгуски Кочечуму и, сплавляясь, рыбачить и охотиться. Но были ограничения по топливу вертолета, так как походного скарба у нас набралось немало. Маршрут вертолета проходил над рекой, и мы видели бурлящие перекаты, сменяющиеся обширными многокилометровыми плесами.

С воздуха выбрали гравийную площадку вблизи переката, где рядом впадал небольшой ручей. Кочечум в этом месте вырывается из отрогов плато Путорана в обширную лесотундровую долину. По широкому каменистому ложу было видно, что река сильно обмелела и отступила от берегов. В этом месте две ступени переката переходили в длинный плес.
Сразу после высадки решили разбить лагерь, а затем порыбачить. Но нетерпеливые рыбаки молча оснастили спиннинги и ушли к перекату. Уже через полчаса они принесли несколько ленков. Темно-серебристые, с фиолетовым отливом, в крапинку, рыбины по полтора килограмма каждая сулили хороший ужин. За едой начался обмен впечатлениями и полученным опытом. Выяснилось, что у некоторых «кто-то оборвал блесну».

Следующий день был полностью посвящен рыбалке, и с восходом солнца все разбрелись по реке. Как кинооператор группы, я выбрал самого, на мой взгляд, опытного рыбака и отправился с ним на съемку. Мой подопечный Дмитрий оказался искусным спиннингистом, он уверенно делал проводку крупной блесны на мелководных перекатах и ловко выуживал хариусов. У него уже был опыт ловли хариуса в северных реках, и, следуя ему, он сменил «Блю-фокс № 5» на Меpps №2. Хариус того и ждал, не пропускал ни единой проводки и жадно хватал вертушку. Попались и несколько килограммовых ленков. Пройдя с трудом на лодке несколько километров вверх по течению, мы убедились, что место высадки выбрано верно. Воды в реке выше нашего лагеря практически не было.

К обеду все вернулись в лагерь с новыми вестями и впечатлениями. И опять два обрыва блесны, причем один из-за тонкого шнура, второй из-за разгиба карабина. Провели ревизию снастей. Действительно, прочные металлические поводки были оснащены слабыми заводскими застежками. Решено было от застежек отказаться и блесну глухо сажать на поводок петлей. Намотали на шпули более крепкую плетенку, благо был солидный запас. Вечером наш рыболовный инструктор Павел (он же по совместительству кок, кстати искусный) повел группу рыболовов на ночную рыбалку к устью ручья.

Когда подходили к месту лова, на реке раздались несколько всплесков-ударов, а с заходом солнца таймень начал активно кормиться. Что здесь происходило! На небольшом участке реки несколько рыбаков поочередно вынимали огромных рыб. Таймени, словно соревнуясь друг с другом на опережение, приманки мимо себя не пропускали. В этом месте малек скатывался из ручья в реку, и его на сравнительно небольшой глубине «сторожил» хищник. Таймень был стандартный, в пределах 10 кг. После эмоционального вываживания рыбу выпускали обратно в реку, и, казалось, что одни и те же хищники садятся на тройник. Но опытные таймешатники утверждают, что таймень, наколовшись один раз, уходит подальше, запоминает подделку и больше ее не берет.

Паша ловил на классическую тайменевую приманку — на «мыша». Когда он освобождал очередного тайменя от тройника, в луче его налобного фонарика в пасти тайменя сверкнул посторонний предмет. Это была блесна, позже в лагере ее опознал Денис.

После этой ночной рыбалки перевозбужденные рыбаки еще долго у костра обсуждали свои успехи и промахи и легли спать далеко за полночь.

На следующий день и я не удержался от соблазна, взял легкую снасть и перешел в вейдерсах реку вброд, намереваясь половить крупного хариуса на сливе за перекатом. Я был уверен, что здесь можно поймать только хариуса и ленка, поэтому выбрал вертушку № 2 с золотистым сердечником и темным лепестком. Мои предположения подтвердились: на первых же забросах попались приличный ленок и пара хариусов среднего размера. Проводка вращающейся блесны в бурлящем потоке представляла определенные трудности из-за «залипания» лепестка в водоворотах. Также срывалось вращение лепестка при касании блесной крупных камней, в результате получалась неровная проводка. За сливом поток успокаивался, проводить здесь блесну было значительно проще. Несколько забросов за сливом результата не принесли. Я уже было решил вернуться на прежнее место, и вдруг удар и сильная потяжка вверх по течению. Я сразу понял, кто это, и пожалел, что не взял свою тайменевую снасть. Пришлось дать волю рыбе, отпустив фрикцион. Таймень уверенно рванул к сливу и устремился в поток. Я стал придерживать рыбу, затягивая фрикцион, и таймень на какое-то мгновение остановился, затем резко развернулся и с бешеной скоростью понесся вниз по реке. Моя «игрушечная» снасть изобразила полукруг, и я в спешке только и успел, что сбросить скобу. Я челноком бегал по берегу, то отпуская, то напрягая моего подопечного. В какой-то момент даже пожалел, что попался таймень — не за ним же я сюда пришел! Несколько раз таймень по-щучьи делал свечки, тряс головой и на рывке пытался оборвать снасть, но. Сдался хозяин реки, пропала его былая прыть, и я вытянул его на мелководье. К этому времени он намотал на себя леску, что было чревато обрывом. Но и это его не спасло. На мелководье я цепко взял за хвост окровавленную рыбу — маленький тройник, прорезав жабры, застрял в челюстном хряще. Рыба была обречена: я решил накормить нашу команду шашлыком из тайменя. Он потянул на 9,9 кг.

Только прочная и качественная снасть способна противостоять яростному напору могучего хищника сибирских рек.

Через три дня стоянки мы на трех катерах ушли вниз по течению осваивать новые места. Сам сплав — особая песня! То вы проходите по широкой глади плеса, то вдруг упираетесь в каменистый перекат, поток несет вас по сливу среди бурунов и торчащих камней. Или за плесом вы выходите на шиверу, лодка садится на киль, и вся команда начинает бурлачить, проходя мелководный участок. За каждым изгибом реки открывается своя особенная картина природы, и вы живете ожиданием: что там, за поворотом? Пологие берега сменяются каменными утесами причудливых форм. Глаз не отвести от красоты, такие картины встречаются не часто!

Лодки идут медленно и сравнительно тихо, поэтому зверь их не особо боится. Вот лось на удалении от нас переходит реку, размашисто шагая на длинных ногах. Зазевавшаяся на берегу росомаха, завидев нас, в спешке убегает в тайгу. Был даже случай, когда «обнаглевший» волк бежал по берегу впереди нас.
На первом этапе мы подошли к перекату с мощным сливом, за которым образовалась глубокая яма, переходящая в длинный плес. Было решено причалить к берегу. Яма в этом месте была на удивление огромная, при отличной прозрачности воды дно не просматривалось.

На второй лодке, шедшей за нами, Ашот трол­лингом на воблер засек крупную рыбу. Не имея достаточного опыта, он начал брать силой, и таймень сошел, так и не показав себя. Высадившись на берег, встали в ряд и начали прочесывать блеснами речную глубину. Не прошло и десяти минут, как Стас оповестил нас: «Есть!» Началось длительное вываживание. Рыба была явно крупная и из глубины не выходила. Стас с трудом несколько раз подводил ее к берегу, но она тут же легко шла на глубину под визг фрикциона. Берег не позволял вытащить добычу на мелководье, и егерь Сергей, решив взять рыбу руками, зашел в воду по пояс. При очередном подходе тайменя к берегу он резко схватил его выше хвостового плавника, и рыба спокойно замерла, не сопротивляясь. И только на берегу мы рассмотрели трофей. Мелкая светло-серая чешуя покрывала его тело. Розовые плавники, переходящие на конце в ярко-красный цвет, придавали ему королевский вид. Его огромная пасть была «оснащена» мощными волчьими зубами. В ней просто затерялась блесна 6-го номера. Это был достойный трофей весом 16 кг. Съемка затянулась, поэтому его пришлось долго реанимировать, после чего он медленно ушел в свои глубины.

После дневного сплава мы выбрали красивое место на пологом берегу в непосредственной близости от переката. Здесь в реку впадал пересыхающий ручей, который на карте обозначался как полноводный приток. Решено было остановиться на три дня, поохотиться, истопить баню и половить рыбу.

При ловле крупной рыбы на горной реке, да и не только горной, главное — найти точное место ее стоянки. Порою все рыбачат рядом, расположившись друг от друга в пяти метрах, а ловит всего один.

К поимке своего тайменя, рекордного, трофейного, который потянул бы на пуд с лишним, я подготовился капитально. Оснастил жесткую «палку» морской катушкой, плетенкой 0,28 с тросовым поводком личного изготовления. Исключил из конструкции лишние элементы, поводок напрямую завел на приманку — искусственную мышь. На ней я поменял разгибающиеся тройники на калёные японской фирмы.

С такой снастью я чувствовал себя уверенно. Место лова было выбрано заранее — яма сразу за перекатом, куда сбоку впадал ручей. Именно за ручьем стоял таймень в ожидании малька, скатывающегося на большую воду. Уже вечером, перед заходом солнца, я занял позицию, зайдя в вейдерсах на перекат. Толстый шнур не позволял сделать дальний заброс, поэтому пришлось сплавлять «мыша» по течению и затем уже вести приманку справа от основной струи. «Мышь» шла по чистой воде, оставляя за собой расходящиеся усы. Сначала на нее накинулись ленки, они глушили ее хвостом и пытались заглотить. Один из них, на полтора килограмма, взявший за хвостовой тройник, попал к нам в котел на вечернюю уху.
Где-то на четвертой-пятой проводке на моих глазах на полуметровой глубине за уже уходящим «мышом» устремилась торпеда. Это было прекрасно видно по волне на поверхности воды. Я замедлил проводку, и огромная пасть просто поглотила «мыша». Фрикцион катушки был затянут практически до упора, после сильной подсечки я отбросил скобу. Хрящи в челюстях тайменя весьма твердые, и загнать туда крючок проблематично, поэтому нужна жесткая подсечка. Пока таймень свободно стягивал метры шнура, я ослабил фрикцион и закрыл скобу. Это явно не понравилось хищнику: он рвал в разные стороны, становился на хвост. Но я уверенно тащил рыбу к берегу, и уже через пять минут она лежала у моих ног. Вот что значит надежная снасть! Некоторые мне скажут, что надо насладиться и получить адреналин при вываживании трофея. А зачем подвергать пыткам рыбу, вываживая часами? Поймал, взвесил, измерил длину, сделал пару снимков на память — и гуляй! Что и было сделано. Кстати, есть определенное удовольствие, душевное удовлетворение от выпущенной рыбы. Рекомендую. Прекрасное чувство!
Итоги экспедиции: было поймано много тайменей, больших и малых, много ленка и вкуснейшей щуки (но о ней другая история). Охотники удовлетворили свой пыл, добыв уйму утки и гуся. Вершиной их успеха стал добытый Вячеславом медведь. Прекрасная была шурпа, жаркое и шашлыки из медвежатины.

Источник

Какая река имеется в виду под угрюм рекой

18+

ЭКСПЕДИЦИЯ НА УГРЮМ-РЕКУ

Именно в этот далекий сибирский край мы проложили свой маршрут. Мы, это группа любителей путешествий, объединенная единой страстью – охота и рыбалка. Нас влекла сюда таинственность края, его отдаленность и малоизведанность, а главное — таймень!

Всего реплик: 2

Участники дискуссии: Русалов Валерий

Здесь на стрелке, в месте впадения Кочечума в Тунгуску, расположена столица Эвенкии поселок Тура с населением пять тысяч человек. В верховьях реки, близ поселка Варнавара более 150 лет назад было отмечено падение Тунгусского метеорита. В виду вечной мерзлоты, здесь отсутствуют дороги, и только в зимнее время прокладывается зимник, соединяющий отдельные поселки с Турой и Красноярском. В весеннее время по большой воде в Туру приходит караван северного завоза с топливом и продовольствием. Население Эвенкии всего чуть более 15 тысяч, занимается в основном пушным промыслом.

По скудным сводкам в форумах и рекламе туров было ясно, что в этих краях таймень есть, но нас интересовал именно трофейные экземпляры. До этой поездки наша группа уже побывала на Камчатке, Дальнем востоке, в Якутии и была «знакома» с этим хищником не по-наслышке. Но вот поймать пудового тайменя нам не приходилось.

После длительных переговоров с организаторами тура, тщательной подготовки снаряжения и снастей мы вылетели из Москвы в Красноярск в середине августа. С вылетом в Туру вышла суточная задержка по погоде. Позже мы убедились, что аэропорт Туры с названием «Горный», действительно горный, около 500 метров над уровнем моря. И когда в Туре низкая облачность, то аэропорт, как правило, закрыт. Тура нас встретила осенним дождем и прохладой. Поселок небольшой, послевоенной постройки с деревянными 2-х этажными домами без удобств. Недавно здесь построен новый микрорайон «Таежный» в современном стиле и удобствами. Частное строительство ведется повсеместно, благо кругом тайга и со строительным материалом нет проблем.

Название Угрюм – река оказалось не случайным. Тунгуска проложила себе путь среди серых утесов с крутыми берегами. Поросшая лесом береговая стена справа и слева и только светлое небо над головой, весьма грустный пейзаж. И только на отдельных участках изгибов реки открываются красивые дали, сменяющиеся утесами.

Переночевав в Туре, только 20 августа мы вылетели вертолетом на север Эвенкии в отроги плато Путорано. Этот год для севера был жарким, притоки рек обмелели и рыба скатилась в глубокие места. Это концентрация рыбы радовала наших рыбаков, но была и другая сторона «палки». Маловодность рек затрудняла сплав, особенно прохождение перекатов и шивер. Вот здесь то нам и пришлось изрядно потрудиться, перетаскивая тяжелые лодки по мелководью.

Вертолетная заброска была выбрана не случайно, так как добраться в эти места другим транспортом невозможно. Решено было забраться максимально дальше по притоку Тунгуски Кочечуму и сплавляясь рыбачить и охотиться. Были ограничения и по топливу вертолета, так как походного скарба у нас набралось не мало. Маршрут вертолета проходил по реке, были видны бурлящие перекаты, сменяющиеся обширными многокилометровыми плесами. С воздуха выбрали гравийную площадку сразу за перекатом реки, где рядом впадал небольшой ручей.

Кочечум в этом месте «вырывается» из отрогов плато Путорана в широкую лесотундровую долину. По широкому каменному ложу было видно, что река сильно обмелела и отступила от своих берегов, оголив каменное русло. В этом месте два последовательных переката переходили в продолжительный плес.

Сразу после высадки решено было разбить лагерь, а затем рыбачить. Но не терпеливые рыбаки молча оснастили спиннинги и ушли к перекату. Уже через пол часа пришли первые возбужденные рыбаки и принесли несколько ленков. Темно – серебристые с фиолетовым отливом рыбины, по полтара килограмма каждая, сулили хороший ужин. К вечеру вернулись и остальные и тоже с уловом. За ужином начался обмен впечатлениями и соответственно, полученным опытом.

ddd

Выяснилось, что у некоторых «кто – то оборвал блесну». До вылета предварительный инструктаж в форме беседы и был проведен, и были даны рекомендации оснащать спиннинги для поимки крупной рыбы. Но не все это приняли всерьез и по привычке начали с «вращалок» второго номера, надеясь, что на тайменя нужна снасть солиднее, и его надо ловить на глубине. Были выявлены и места приоритета: хариус брал на мелководье до переката, а ленка ловили сразу за сливом на выходе в плес.

Читайте также:  Перекрывая часть реки морфологический разбор

Следующий день был полностью посвящен рыбалке, и с восходом солнца все разбрелись по реке.

Как кинооператор группы, я выбрал самого, на мой взгляд, опытного рыбака и отправился с ним на съемку. Мой подопечный Дмитрий оказался искусным спиннингистом, он уверенно делал проводку крупной блесны на мелководных перекатах и ловко выуживал из них хариусов. У него уже был опыт ловли хариуса в Архангельской области, и повинуясь ему, он сменил «Блю-фокс №5» на «двоечный» Меппс. Хариус того и ждал…. , он не пропускал ни единой проводки и жадно хватал блесну. Попались и несколько килограммовых ленков. Пройдя с трудом на лодке несколько километров вверх по течению, мы убедились, что место высадки выбрано верно. Воды в реке выше нашего лагеря практически не было.

К обеду все вернулись в лагерь, и снова свежие вести и впечатления…. И опять выяснились «те-же грабли» — два обрыва блесны, причем один из-за тонкого шнура, второй из-за разгиба карабина. Провели ревизию снастей, действительно, прочные металлические много нитевые поводки были оснащены слабыми заводскими «застежкой — булавкой». Решено было от застежек вообще отказаться и блесну глухо сажать на поводок петлей. Перемотали на шпули более крепкую плетенку, благо был солидный запас. Вечером наш рыболовный инструктор Павел, он же по совместительству и кок (кстати, искусный), повел группу рыболовов на ночную рыбалку к устью ручья.

Еще до подхода к месту лова, на реке раздались несколько всплесков – ударов, а с заходом солнца таймень начал активно кормиться. Что здесь происходило. На небольшом участке реки несколько рыбаков поочередно вынимали из реки огромных рыб. Таймень, словно соревнуясь друг с другом на опережение, не пропускал мимо себя приманок. В этом месте малек скатывался с ручья в реку и его здесь «сторожил» таймень на сравнительно небольшой глубине. Таймень здесь был стандартный в пределах 10 кг. После эмоционального вываживания, его сразу выпускали обратно в реку, и казалось, что одни и те же рыбы садятся на тройник. Опытные таймешатники утверждают, что таймень, наколовшись один раз, уходит подальше от этого места, запоминает подделку и больше ее не берет. Когда тайменя выловили, то он получив сильнейший стресс при вываживании и побывав в «горячих» руках при фотоссесии, вообще надолго «ложится на дно».

Паша ловил на классическую тайменевую приманку – искусственного мыша. Освобождая очередного тайменя от тройника, в луче его налобного фонарика в пасти тайменя сверкнул посторонний предмет. Это была блесна, позже в лагере ее «опознал» бывший хозяин – Денис.

После этой ночной рыбалки пере возбужденные рыбаки еще долго у костра обсуждали свои успехи и промахи и легли спать далеко за полночь.

ddd

На следующий день и я не удержался от соблазна, взял легкую удочку и перешел в вейдерсах в брод реку. Я намеревался поймать крупного хариуса на сливе за перекатом. Я был уверен, что здесь можно поймать только хариуса и ленка, поэтому выбрал вертушку №2 с золотым сердечником и темным лепестком. Мои предположения подтвердились, при первых же забросах попался приличный ленок и пара хариусов средних размеров. Проводка вращающейся блесны в бурлящем потоке представляет определенные трудности из-за «залипания» лепестка в водоворотах. Ко всему срывается вращение лепестка при касании блесной крупных камней, в результате получается не чистая проводка. За сливом поток «успокаивался» и проводить здесь блесну было значительно проще. Несколько забросов за сливом результата не принесли. Я было уже решил вернуться на прежнее место и вдруг удар — «зацеп» и сильная потяжка в верх по течению. Я сразу понял, что это ОН! В это время я пожалел, что не взял свою тайменевую снасть. Удочка — корейская «раскладушка», плетенка 0,14, да и поводок были явно не для тайменя. И я сказал себе: «выдался случай, покажи, на что способен!», и дал волю рыбе, отпустив фрикцион. Таймень уверенно рванул к сливу, и устремился во встречный поток. Я начал «напрягать» рыбу, затягивая фрикцион и таймень, на какое то мгновение остановился. Затем резко развернулся и с бешаной скоростью понесся вниз по реке. Моя «игрушечная» удочка изобразила полукруг, и я в спешке только и успел, что сбросить скобу. Я челноком бегал по берегу взад и вперед, то отпуская, то напрягая моего «подопечного». В какой то момент я даже пожалел, что мне попался таймень, не за ним же я сюда пришел. Несколько раз таймень «по щучьи» делал свечки, тряс пастью и на рывке пытался оборвать снасть. Помощи не было со стороны и мне пришлось сорок минут ( а то и более) с ним повозиться. И сдался «хозяин реки», пропала его былая прыть и я без усилий вытянул его на мелководье. К этому времени он намотал на себя несколько витков, что было чревато порывом шнура при рывке рыбы. Но и это его не спасло, на мелководье я цепко взял за хвост окровавленную рыбу. Видно таймень до самой глотки заглотил блесну, но маленький тройник не смог сдерживать рывки и прорезав часть жабр, застрял в челюстном хряще. Рыба была обречена на гибель и я решил накормить нашу команду шашлыком из тайменя. Он потянул на 10 кг. Последующие таймени, пойманные мною, были отпущены и живут, дай бог, по сей день.

Зараннее извиняюсь перед всей рыбацкой братией за «не спортивное поведение», но так уж вышло….

На одном из этапов сплава нашей экспедиции, мы подошли к перекату с мощным сливом, за которым образовалась глубокая яма, переходящая в продолжительный плес. Было решено причалить к берегу за перекатом и попытать рыбацкое счастье. Яма в этом месте на удивление была огромная, при отличной прозрачности воды, дно не просматривалось. Даже при пристальном взгляде вертикально с лодки глубина скрывалась в бирюзовой бездне. На второй лодке, шедшей за нами, Ашот тролингом на воблер сходу взял крупную рыбу. Не имея достаточного опыта, начал резко работать силой и таймень сошел, так и не показав себя.

Высадившись на берег, все стали в ряд и начали «прочесывать» блеснами речную глубину. Не прошло и десяти минут, как Стас криком оповестил – ЕСТЬ! Началось длительное вываживание, рыба была явно крупная и не выходила из глубины. Стас с трудом несколько раз подводил ее к берегу, но она тут же легко уходила на глубину, под аккомпанемент «ревущего» фрикциона. «На помощь» собралась вся наша команда, советы и рекомендации посыпались со всех сторон. Берег не позволял вытащить рыбу на мелководье, егерь Сергей решил руками взять рыбу и зашел по пояс в воду. В очередной подвод тайменя к берегу, он резко схватил его выше хвостового плавника и рыба спокойно замерла не сопротивляясь. И только на берегу мы рассмотрели этого «монстра». Шелковистая, светло-серого цвета, мелкая чешую покрывала его тело. Розовые плавники, переходящие на конце в ярко красный цвет, придавали ему королевский вид. Его огромная пасть была «оснащена» мощными волчьими зубами. В ней просто затерялась блесна 6-го номера. Это был достойный трофей в 16 кг.! Из-за затянувшейся кино и фото сессии, пришлось его долго реанимировать, после чего он медленно ушел в свои глубины.

К поимке своего крайнего тайменя, рекордного, трофейного, который потянул на целый пуд, я подготовился уже капитально. Оснастил жесткую «палку» тестом 20-60 морской катушкой «Бонакс — 4000», плетенкой 0,28, с тросовым поводком личного изготовления. При изготовлении поводка использовал медные трубки, с плоской обжимкой и скручиванием ее на 180 градусов. Такой способ используется при заделке тросов в дельтапланах. пригодился личный старый опыт. Исключил из конструкции лишние элементы, поводок напрямую завел на приманку -искусственную мышь. На мыше я поменял тройники на мощные, японской фирмы. Вертлюг использовал сомовий на 50 кг! С такой снастью я чувствовал себя уверенно и «ринулся в бой». Место лова было выбрано заранее, это яма сразу за перекатом, куда впадал ручей. Именно за ручьем стоял таймень в ожидании малька, скатывающегося в большую воду. До этого я поймал в этом месте таймешонка на 6 кг и понял, что здесь должен жить и его папа или мама. Уже вечером перед заходом солнца я занял «боевую позицию», зайдя в вейдерсах на перекат. Толстый шнур не позволял сделать дальний заброс, поэтому пришлось сплавлять мышь по течению и затем уже вести слева от основной струи. Мышь шла по чистой воде, оставляя за собой расходящиеся усы. Сначала на нее «накинулись» ленки, они глушили мышака хвостом и пытались заглотить. Один из них, на полтора килограмма, взявший за хвостовой тройник, попал к нам в котел на вечернюю уху.
Где-то на 4-5 проводке, на моих глазах, почти в 15-ти метрах от меня, на полуметровой глубине, за уже уходящей мышью устремилась «торпеда». Я замедлил проводку, и огромная пасть просто поглотила моего мыша на моих глазах. Фрикцион катушки был затянут до упора и после сильной подсечки, я понял, что не удержу спиннинг и тупо отпустил скобу. Пока мой «клиент» свободно стягивал метры шнура, я ослабил фрикцион и надел «скобу -узду». Это явно не понравилось «клиенту» и он начал капризничать: рвал в разные стороны, становился на хвост, как щука. Но я уверенно «тащил его лебедкой на своем тросе» и уже через пять минут он лежал у моих ног. Вот, что значит рыбачить на надежную снасть! Некоторые мне скажут, что надо ко всему получить адреналин при вываживании трофея. а зачем предавать пыткам «подопечного», вываживая часами? Поймал, взвесил, измерил длину, пару снимков на память, поцеловал и…. гуляй «Вася», плодись и радуй других. Что и было реально сделано. Кстати, есть определенное удовольствие, внутреннее, душевное удовлетворение от выпущенной рыбы, рекомендую, ощутите его сами.

Итоги экспедиции «Тунгуска – 2013»: было много поймано тайменей больших и малых, много ленка и вкуснейшей щуки, но о ней мы расскажем позже. Охотники удовлетворили свой пыл, добыв уйму утки и гуся. Вершиной их успеха стал добытый Вячеславом медведь. Прекрасная была шурпа, жаркое и шашлыки из медвежатины.

На 2014 год мы планируем новую экспедицию еще дальше, в еще менее доступные нетронутые места, в самое сердце плато Путорана на высокогорные озера Харпичи и Дюпкун.

Источник



Угрюм-река. Краткий пересказ романа

Аркадий Казанцев Произведение Вячеслава Яковлевича Шишкова. Первая часть опубликована в 1928 году, полный текст — в 1933-м.

На небольшом таёжном хуторе посреди огромной Сибири живёт семья Громовых, глава которой Данила — мелкий купец и лавочник. Приходит его последний час. Данила призывает сына Петра и сообщает ему тайну своей жизни — по молодости он был разбойником, многих убил, немало скопил. Кубышку с сокровищами закопал в лесу. Данила просит сына Петра, чтобы тот пожертвовал деньги на церковь — пусть там помянут загубленные Данилой души, в том числе его самого. Однако Петру не до сантиментов — несмотря на глухую ночь он сразу же отправляется искать клад.

Данила умер. Из города, не закончив учёбу в гимназии, вернулся младший из Громовых — Прохор, внук Данилы, сын Петра, парень семнадцати лет.

Нечаянное богатство позволило Петру перебраться в большое село Медведево. Только этого ему мало. Теперь Пётр мечтает развернуться по всей Сибири. С этой целью он отправляет своего семнадцатилетнего сына в долгую экспедицию на Угрюм-реку — осмотреться на месте, всё запомнить, наметить, как и с кем торговать. Парень боится, мать плачет, но делать нечего. Вместе с Прохором убывает его верный старший товарищ, бывший каторжник черкес Ибрагим.

На ярмарке в селе Почуйское Прохор знакомится с купцом Груздевым. Груздев преподаёт Прохору торговые азы, учит жизни и советует выбрать себе в невесты дочь богатея Якова Куприянова, который живёт и ведёт дела в городе Крайске.

Прохор полон романтическими представлениями о жизни, он уверен, что однажды его имя прогремит на всю страну. Поначалу экспедиция складывается более-менее благополучно. Первые испытания Прохора — любовная интрижка с девушкой Таней да страшилка про тунгусскую шаманку — похожи на приключение. Прохор ведёт дневник, записывает в него свои впечатления и всё, что позже может пригодиться в деле.

Приходит зима. Проводник Фарков, бывший в их компании третьим, отказывается от дальнейшего путешествия. Найти нового проводника Ибрагиму не удаётся — мужики хорошо знают повадки Угрюм-реки и местные климатические особенности — никто не хочет рисковать жизнью даже за высокое вознаграждение.

Чрезмерные амбиции оборачиваются для Ибрагима и Прохора ловушкой — они из последних сил пробиваются по замерзающей реке, но в итоге оказываются среди дикой заснеженной тайги без еды и без надежды на спасение. Ибрагим ставит чум, добывает лося, кормит заболевшего Прохора, шьёт ему шубу, но лосиную тушу воруют волки, и несмотря на героические усилия Ибрагима путешественников ожидает лютая смерть.

Между тем в Медведево дела развиваются своим чередом. Не обременённый высокими моральными качествами Пётр Громов пьянствует, кутит и ухлёстывает за местной звездой красавицей Анфисой. Жена Марья, которую Пётр откровенно ненавидит, непрестанно молится за отсутствующего сына. Она ходит в церковь к местному священнику отцу Ипату и даже ездит к шаману — лишь бы кто-нибудь помог, уберёг её чадо от погибели. Скоро становится очевидным, что с Прохором произошло нечто ужасное — его следы затерялись и нет никаких обнадёживающих вестей. Пытаясь разобраться в ситуации, Пётр отправляется в уездный город, но и здесь, не найдя утешения, пьёт-дебоширит.

Ибрагима и Прохора выручили случайно проезжавшие мимо якуты. Путешественники добираются до губернского города Крайска, где Прохор останавливается в семье богатого купца Якова Куприянова. Между Прохором и дочерью Куприянова Ниной возникает взаимная симпатия. Яков тоже не против такого зятя. Прохор и Куприянов заключают торговую сделку, у них — совместные деловые планы на будущее. Прохор отправляется домой, Нина считается его невестой.

В Медведево Ибрагима и Прохора встречают как героев. Ибрагима по праву называют спасителем Прохора. Пётр одаривает черкеса конём и ружьём. Ибрагим клянётся служить Громовым до смерти.

Но радость длится недолго. Влюблённый в Анфису Пётр, мучимый страстью, пьёт до чёртиков и жутко избивает жену. Попытки Прохора образумить отца только озлобляют Петра.

Анфиса крутит старшим Громовым, как хочет, но Пётр в качестве любовника ей не интересен. Она проникается чувствами к Прохору и без него не видит своей дальнейшей жизни.

Вот только Прохор намерен жениться на Нине. Нина не так эффектна, как Анфиса, зато приданного за ней — гора и ещё немного. Богатства будущей жены необходимы Прохору как капитал для развития собственного бизнеса.

Наткнувшись на отчуждение Прохора, Анфиса от досады и нетерпения издевается над Петром. Ради неё Пётр готов пожертвовать всем состоянием, развестись, сбагрить Марью в любые руки или в монастырь.

Прохору жалко мать, Прохор не хочет терять своё наследство. В порыве злости он намеревается убить Анфису. Ибрагим спасает его в очередной раз — теперь от преступления.

Сложился любовный треугольник — Анфиса оказалась между отцом и сыном Громовыми. Страсти резко накаляются, когда на пасхальной службе Анфиса прилюдно целует Прохора.

Прохор, как и все прочие местные мужики, не может устоять перед красотой и чарами Анфисы. Анфиса затмевает Нину, и с этим ничего не поделать. Решившись на серьёзный разговор с Анфисой, Прохор оказывается в её объятиях — их любовь становится взаимной.

В этой ситуации Пётр во второй раз отправляет сына на Угрюм-реку, чтобы таким образом избавиться от соперника. Прохор не в состоянии перечить отцу. И снова с Прохором убывает его верный Ибрагим.

За три года Прохор завёл своё доходное дело, выстроил резиденцию «Громово» и сумел неплохо обжиться на Угрюм-реке. Местные тунгусы тянутся к нему, поскольку он честнее и надёжнее прочих купцов. Прохор широко торгует пушниной, примеряется к золотодобыче.

За это время его отношения с Ниной и Анфисой сходят на нет. Если от Нины Прохор сам отказался, то его переписку с Анфисой в тайне от хозяина прерывает Ибрагим — он просто сжигает их письма, о чём бывшие любовники даже не догадываются.

В поисках развлечения Прохор соблазняет юную тунгуску Джагду. Несчастные тунгусы, не способные преодолеть тягу к водке, пропивают всё, что нажили своими охотничьими и оленеводческими трудами.

С точки зрения Ибрагима лучший вариант для женитьбы Прохора — это Нина. Так и выходит — при новом визите к Куприяновым Прохора здесь принимают за своего. Вместе с Яковом и Ниной Прохор едет на Нижегородскую ярмарку.

По дороге Яков, Нина и Прохор знакомятся с уральскими заводами. Прохор строит грандиозные планы на будущее — он закупает оборудование, знакомится с инженерами, вербует себе работников. Одним из таких инженеров становится Протасов, который обещает перебраться к Прохору и помочь ему в организации предприятий, в управлении бизнесом. Рабочим и техникам нравится азарт, с каким Прохор берётся за дела. А ещё людям нравится Нина, люди не прочь оказаться под защитой и опекой такой доброй хозяйки. В эти дни Прохор Громов уверен, что построит в Сибири новую лучшую жизнь.

Читайте также:  Любэ ты найди меня река

Нижний Новгород. Прохор уже бывалый купец, но кручёные местные персонажи мало похожи на наивных тунгусов. Прохор становится жертвой аферистов — он попадает в медовую ловушку и лишается большой суммы денег. Страдает и его репутация — бизнесмена и жениха. Однако это не выбивает Прохора из колеи. Его поражают масштабы и объёмы, заводы и торговые площади.

В Нижнем появляется Протасов. Нина пленится его способностями, его кругозором и жизненной позицией. Это — взаимная симпатия. Прохор ревнует.

В Медведево получают телеграмму с известием о том, что Прохор женится на Нине Куприяновой. Скоро молодые должны приехать вместе с Яковом.

Анфиса не готова мириться с тем, что её любимый будет принадлежать другой. Пётр стремится заполучить Анфису себе в жёны. Ибрагим — в соответствии со своими представлениями — пытается оберегать семью Громовых, Марью он искренне жалеет и потому запугивает Анфису своим длинным кинжалом.

Прохор, Нина и Яков прибывают в Медведево. Чтобы добиться Прохора, Анфиса чинит Громовым всяческие козни. А тут ещё огромная беда — в серьгах, которые Пётр подарил будущей снохе Нине, Яков Куприянов признал украшение его убитой матери — стало быть, родителей Якова зарезал не кто иной, как Данила, и дом Громовых — это вертеп потомственных разбойников.

Куприянов грозит прокурором и расторгает все свадебные договорённости. Громовых ожидают позор и крах купеческому бизнесу. Нина сохраняет преданность Прохору и пытается воздействовать на отца.

К Якову является Ибрагим и берёт на себя это давнее убийство. Поначалу Яков не верит черкесу, потом в порыве гнева намеревается его убить, но в последний момент останавливается. Куприяновы уезжают из Медведево.

Спустя некоторое время Яков смиряется и даже прощает Ибрагима. Проблема кажется разрешённой, но тут шантажировать Громовых принимается Анфиса — когда-то она работала в доме Данилы и с тех пор хранит некоторые компрометирующие документы. Анфиса ставит условие — либо Прохор женится на ней, либо дело об «убийственном» прошлом их семьи будет предано огласке, так что их опять ожидают позор и суд. Прижатый к стенке Прохор соглашается. Однако ночью Анфису Козыреву убивают выстрелом из ружья, а спустя сутки её дом сгорает дотла — на пожарище находят лишь останки двух людей — Анфисы и какого-то неизвестного.

История мутная. По одной из версий неизвестным может быть ссыльный политический Шапошников — тоже заметный персонаж. Он учил Прохора разным наукам, помогал в некоторых делах и, подобно прочим, безнадежно любил Анфису.

После известия о гибели Анфисы Петра хватает удар, он на время лишается способности двигаться и говорить.

На месте преступления находят ружейный пыж. Газету, из который был сделан этот пыж, следователь обнаруживает в доме Громовых. В Медведево — помочь Громовым — приезжает купец Груздев. Груздеву удаётся хитростью съесть найденный следователем пыж. Однако это не спасает Прохора из лап Фемиды.

По результатам следственных мероприятий перед судом в качестве подозреваемых предстают Ибрагим и Прохор. Марья Громова, получив известие о происшедшем, умирает — не выдержало сердце.

На похоронах по несчастной Марье плачет всё село, люди её любили. На отпевании гробы Марьи и Анфисы стоят рядом. Останки неизвестного предают земле за пределами кладбища.

Жуликоватый приказчик Громовых, одновременно местный плейбой и «клоун» Илья Сохатых стреляется. Но это больше походит на фарс.

На суде Ибрагим достаточно легко отбивается от подозрений в его адрес, а вот Прохора прокурор загоняет в угол. В итоге — чтобы не оказаться на каторге, Прохор называет убийцей Анфисы Ибрагима, своего верного слугу и старшего товарища. Эти показания Прохор подтверждает некоторыми уликами. Суд признаёт их — Прохор оправдан, Ибрагим проклинает его и отправляется мотать срок. Обвинявший Прохора прокурор Стращалов убеждён, что наказан не тот, кто убил.

Через несколько лет «Громово» на Угрюм-реке превратилось в большое промышленное село. Оно раскинулось вокруг холма, на котором Прохор выстроил башню. Вершина этой башни — его кабинет. Отсюда Прохор руководит процессами и обозревает свои владения. У Прохора несколько крупных предприятий — заводы, лесопилки, золотые прииски, на которых трудятся тысячи рабочих. Но от идеалистических представлений Прохора о жизни почти ничего не осталось — разве что грандиозные планы — Прохор по-прежнему рвётся в самые богатые люди Сибири, да и всей России. Он нещадно эксплуатирует рабочих — выжимает из них все соки, платит ничтожно мало. Рабочие живут и трудятся в жутких условиях.

Прохор женат на Нине, у них дочь Верочка, но счастливым этот брак не назовёшь. У Прохора — куча любовниц, он себя ни в чём не ограничивает. Да и во взглядах на жизнь они с Ниной очень разные люди. Нина искренне сочувствует рабочим и по возможности старается облегчить их существование. В этом ей помогает инженер Протасов, который является правой рукой Прохора. Протасов — человек революционных взглядов, он тайно распространяет запрещённую литературу и участвует в работе забастовочного комитета. Нина и Протасов по-прежнему испытывают друг к дружке взаимную симпатию — с намёком на любовь.

Жизнь в «Громово» полна тягот, жестокости и несуразностей. Здесь процветают дикие нравы и разврат, все пьют, все дерутся — иногда до смерти. Местные чиновники давно куплены Прохором, так или иначе служат ему. Впрочем, не забывая о собственной выгоде.

Пристав Амбреев, которого Прохор привёз с собой из Медведево, конкретно мутит — из незаконно добытого золота он чеканит фальшивые червонцы, не брезгует тем, чтобы мошенничать по-мелкому и грабить по-крупному. К тому же он регулярно тянет деньги из Прохора — шантажирует.

Дело в том, что в своё время именно приставу удалось заполучить из дома покойной Анфисы компромат на семью Громовых. Прохор зол на пристава, но разделаться с ним пока не может. Жена пристава Наденька — бывшая любовница Прохора, дама крайне лёгкого поведения. Она охотно помогает приставу в его тёмных делишках.

Своего отца Петра Даниловича Прохор упрятал в сумасшедший дом. Пётр не успокаивается и во все инстанции пишет жалобы на убийцу сына.

Среди подчинённых Прохора есть откровенно каторжные типы, убийцы, которых Прохор держит для особых поручений — запугивать, поджигать, резать. Таким типом является Филька Шкворень. От безысходности он сам напросился к Прохору — золото добыть может, а вот удержать деньги не получается — либо бездумно пропьёт-прокутит, либо украдут. В момент их знакомства у Фильки тоже имеется при себе полпуда. Это золото у него мошенническим образом отнимает Наденька, жена и подельница пристава. Поступив в услужение к Прохору, Филька продолжает воровать при всяком удобном случае — в том числе у своего хозяина.

Филька Шкворень сообщает Прохору, что знает, где в тайге находится золотоносный участок. Но этот участок принадлежит кому-то в Питере, тот человек здесь ни разу не показывался, а пожалуй, и позабыл про своё владение.

Прохор снаряжает экспедицию в тайгу и действительно обнаруживает богатую золотоносную жилу. Однако в тайге — всё непросто. Здесь хозяйничают чёрные старатели, по большей части беглые или бывшие каторжники, хищные типы, готовые на всё, в том числе на смертоубийство. Среди них выделяется безносый мужик по кличке Тузик. Ночью эти типы нападают на экспедицию Прохора — достаётся многим, фельдшер убит.

Прохор изменяет Нине с богатой тунгуской. Наутро тунгуска является к дому Громовых и в благодарность за ласки приносит для Прохора подарки. Эти подарки тунгуска отдаёт Нине. Нина, конечно, возмущена, но при этом продолжает хранить верность блудному супругу.

У Нины в Громово сложился свой круг общения. Помимо Протасова в него входят учительница Катерина Львовна, которую все зовут Кэтти, и священник отец Александр. Отец Александр помогает Нине в осуществлении благотворительных проектов — в постройке школы, в попечении о нищих и больных рабочих. Кэтти — девушка не местная, она томится в этой глуши и пишет отцу, чтобы тот забрал её в большую Россию. Она ищет любовь и поначалу «охотится» на Протасова. Однако Протасов не разменивает свою жизнь на флирты, а его сердце занимает Нина.

Пока Нина увлечена своими благотворительными проектами, Прохор всецело сосредоточен на расширении бизнеса. Он отправляется в Питер, чтобы получить права на новые месторождения. К тому же у него там куча дел, связанных с приобретением оборудования, машин и агрегатов. В этой поездке Прохора сопровождают Груздев и Яков Куприянов.

В Питере Прохор знакомится с номинальным хозяином золотоносного месторождения поручиком Приперентьевым. За своё месторождение Приперентьев требует серьёзных денег, но Прохор готов пожертвовать не больше тысячи. Приперентьев не кажется Прохору сколь-нибудь серьёзным конкурентом.

Прохор отправляется на приём к товарищу министра. Спустя пару недель в результате коррупционной сделки Прохору удаётся заполучить в своё пользование нужные участки тайги — продажные чиновники всегда рады помочь богатым людям.

По ходу этой министерской истории Прохор знакомится со светскими львицами — баронессой Замойской, её подругой по фамилии Прахова — и их ближайшим окружением. У Прохора с Праховой приключается роман. Прохор даже зовёт дамочку с собой в Сибирь, обещает выстроить ей дом. Но у этой питерской богемы свои взгляды на жизнь.

На втором плане возле Прохора постоянно крутится купец Груздев, который к этому моменту уже превратился во вполне себе комического персонажа.

Протасов не оставляет попыток сделать Нину своей соратницей в деле освобождения рабочих. При всём уважении к нему Нина не поддаётся и держится традиционных христианских взглядов. На руку и сердце Нины также претендуют проворовавшийся картёжник инженер Парчевский, симпатичный молодой человек с амбициями, и американский специалист мистер Кук.

Прохор снова попадает в лапы матёрых аферистов, его опаивают некой гадостью, обыгрывают в карты, обворовывают на большие деньги и лишают бриллиантового перстня. А в результате драматической постановки даже избивают до потери сознания.

События приобретают крутой оборот, когда из Питерской газеты люди в «Громово» узнают о смерти Прохора. Женихи мечтают о богатой и прелестной вдове, рабочие празднуют гибель своего мучителя.

Однако Прохор жив, и он возвращается домой, добившись всех поставленных перед собой деловых целей. Работа закипает с новой силой, предприятия Прохора расширяются, со всей России, особенно из окрестных деревень, к нему едут мужики, ищущие, где бы зашибить деньгу. Но вместе с тем, его психическое состояние начинает ухудшаться. Прохора преследуют призраки, среди них — Анфиса и тунгусская шаманка. Прохор много пьёт, мало спит и принимает наркотики, чтобы взбодрить себя.

Кэтти примеряется ко всем мужчинам, обитающим в «Громово». Кто-то из них не прочь завести с ней интрижку, но из этого всё как-то ничего не выходит. Томление девушки сменяется тоской, и однажды Кэтти пытается соблазнить местного дьякона Ферапонта. Ферапонт — колоритная фигура. Огромный человек с потрясающим басом. Когда-то Прохор переманил его с Урала. Ферапонт работал кузнецом, с подачи Прохора сделался дьяконом и женился на дочери священника отца Ипата из села Медведево. Ферапонт человек светлый, богобоязненный, но мучимый пристрастием к алкоголю. Это один из немногих персонажей, которые искренне благодарны Прохору за его благодеяния.

Однажды Прохор узнаёт имена аферистов, которые кинули его в Питере, и отправляет туда Парчевского с особой миссией — отомстить обидчикам самым жутким образом. Среди обидчиков — кроме светских львиц Замойской и Праховой — также купец Алтынов и его подручные.

У Нины умирает отец — Яков Куприянов. Нина становится наследницей двухмиллионного состояния. С этого момента она чувствует себя самодостаточным человеком и уже открыто оппонирует мужу. Протасов уговаривает Нину открыть собственное дело, чтобы её рабочие жили в достойных условиях и получали хорошую зарплату.

Бедняжка Кэтти по-тихому пьёт и изливает свои чувства в личном дневнике. Она пыталась отдаться в руки Протасова, но тот подарка не принял.

А на заводах и приисках Прохора ситуация — всё хуже. Доведённые до отчаяния люди готовят забастовку. Прохор ужесточает репрессии, и если где-то уступит, то в другом месте сразу прижмёт. Чуть повысив зарплату, он тут же поднимает цены на продукты и гонит со своих территорий всех сторонних продавцов. При этом продукты, которые закупают его магазины, — это часто откровенные помои или нечто непотребное.

Среди приближённых к Прохору персонажей имеются редкостные мерзавцы. Особо выделяется Ездаков, управляющий прииском «Достань». Он нещадно бьёт и притесняет подчинённых, насилует их жён, всех считает скотами.

Казачий конвой, вывозящий золото, добытое на приисках Прохора, подвергается нападению банды разбойников.

Прохор быстро выясняет, что за нападением на «золотой конвой» стоят пристав Амбреев и его Наденька. Он является к злоумышленникам и грозит выдать их властям. Пристав недолго сопротивляется, но в итоге пасует и клянётся в своей преданности Прохору. Он отдаёт хозяину компромат, который копил все эти годы — в том числе документы, выкраденные из дома покойной Анфисы. Теперь Прохор чувствует себя свободным, однако его психическое состояние всё хуже.

Засушливым жарким летом в тайге возникает пожар. Пожар движется к владениям Прохора и грозит всё уничтожить. Прохор отправляет на тушение своих рабочих, но люди противятся. В этих условиях Прохору не остаётся ничего иного, как обещать им выполнение требований — укоротить рабочий день, повысить зарплаты, улучшить жилищные условия и питание, уволить Ездакова.

В результате героических усилий всего трудового коллектива пожар потушен, есть погибшие. Но когда приходит время выполнять обещания, Прохор включает заднюю — у него и без того большие финансовые потери. Рабочие возмущены.

Чтобы покрыть потери и даже значительно приумножить состояние, Прохор решается на аферу. В этом деле ему активно помогают командированные в столицу Груздев и Парчевский. Посредством газет в Питере распространяются слухи, что в связи с пожаром предприятия Прохора Громова находятся в крайне бедственном положении. Испуганные кредиторы Прохора стремятся прояснить, как там и чего, можно ли спасти хоть какие-то свои капиталы. Для них разыгрывают спектакль. В результате кредиторы идут на уступки и с каждого рубля получают только двадцать пять копеек, а Прохор кладёт в карман полмиллиона.

На волнения рабочих вынужденно откликаются государственные власти. В «Громово» прибывают дополнительные полицейские и воинские силы. Силами командуют жандармский ротмистр Пфеффер, а также два офицера — Усачев и Борзятников. Кэтти крутит роман с молодым Борзятниковым.

Пфеффер берётся за дело рьяно. Он навещает всех по очереди — разговаривает по душам, намекает, манипулирует, склоняет к доносительству. Священнику отцу Александру он в мягкой форме предлагает отказаться от тайны исповеди и сообщать о настроениях и поступках рабочих. Священник гонит Пфеффера прочь.

Пфеффер пытается придавить Протасова, но Прохор решительно пресекает эти попытки — Протасов, несмотря на его революционные настроения, фигура неприкасаемая, без него бизнес Громова рискует рухнуть.

Нина в сопровождении Протасова ходит по баракам, ужасается условиям жизни рабочих, помогает, как может.

Предприятия Прохора проверяет государственный инспектор. Он вроде бы и строгий дядька, но если вручить ему денежный подарок, то всё не так уж и плохо.

Тайно от властей действует забастовочный комитет. Выборные от рабочих являются к Прохору с требованиями. Прохор гонит их прочь и давит на жандармов, чтобы те жёстче и активнее прессовали «бунтовщиков». Ближайшей ночью все выборные арестованы.

Протасов требует от Прохора пойти навстречу рабочим. Прохор категорически отказывается. Протасов подаёт прошение об отставке и уезжает. Из-за его отсутствия сбоит производство. Прохор просит Нину, чтобы она вернула Протасова назад.

Убедить Прохора пытаются прочие инженеры и техники, его пытаются вразумить священники — тщетно.

Рабочие тянут волынку, кто-то специально портит инструменты и оборудование. Начинается забастовка. Прохор грозит всех уволить и набрать новых людей. Рабочие шлют жалобные телеграммы губернатору. Атмосфера накаляется. У народа кончаются запасы продовольствия и деньги — наступают голодные времена.

Наконец, в «Громово» объявляется прокурор. Прохор пробует купить прокурора, но у него не получается. Прокурор, конечно, порочный тип, но честь мундира всё же блюдёт.

Люди направляются к прокурору с жалобами — нарядились в лучшее, что у них есть, точно на праздник. Люди полагают прокурора своим защитником. Стараниями Прохора и его подручных мирное шествие обвиняют в экстремизме, в желании устроить бунт и поджоги. Вернувшийся Протасов бросается навстречу рабочим, чтобы их остановить, но у него не выходит. Нелепое стечение обстоятельств провоцирует открытие огня на поражение. В результате шествующие расстреляны солдатами и жандармами. Мертвых собирают до глубокой ночи — стоны, рыдания. Репрессии продолжаются не один день — многие убиты, многие ранены, многие арестованы.

Осознав ужас происшедшего, Прохор пугается и бежит из «Громово» в тайгу.

В «Громово» — трагические дни. Больница переполнена ранеными, убитых отпевают и хоронят десятками. У прокурора не выдерживает сердце, он умирает. Пфеффер всё пытается взять ситуацию под контроль, но известия о расстреле уже распространились по всей России. В Москве и Питере рабочие устроили стачки — в знак солидарности.

Пару дней, выдавая себя за бродягу старателя, Прохор обретается в землянке у ветхой старухи, которая вместе с сыном и внуком производит дёготь. Во время расстрела рабочих сын старухи погиб. Старуха проклинает мироеда Громова, не подозревая, что сейчас ест с этим самым Громовым из одного котелка.

Потрясённая картиной расстрела Кэтти находится в жутком душевном состоянии. Во время одной из прогулок по окрестностям «Громово» компания с Кэтти встречает разбойника по кличке Тузик. Борзятников пытается его преследовать, но Тузик грозит ружьём, и Борзятников сразу ретируется. Это даёт повод Кэтти упрекнуть офицеров в трусости — дескать, вы герои только против безоружных рабочих. Она берёт у них револьвер — якобы потренироваться в стрельбе, ранит Усачева, убивает Борзятникова и третьим выстрелом кончает с собой.

Читайте также:  Река залив в который она впадает

Власти проводят разбирательство в связи с расстрелом рабочих. По итогам этого разбирательства смещён с должности губернатор. Главным виновником объявляют Пфеффера. Его отзывают из «Громово» в Питер. Пфеффер боится мести, и в эти дни его тщательно охраняют солдаты. Наконец, он уезжает.

На похоронах Кэтти Протасов читает письмо, которое только что пришло на имя несчастной самоубийцы. Это письмо от отца Кэтти. Отец управился со своими делами, зовёт дочь бросить всё и выехать к нему — чтобы отправиться на юг — отдыхать, а после и в Европу.

Прохор находит приют в лачуге у старцев-отшельников, живёт с ними долгое время, мучается из-за скудной еды, тайком питается на стороне. Но ни вразумления старцев, ни его собственные бесплодные молитвы не способны умиротворить душу. Прохор удаляется с досадой на себя и на отшельников. После этого в тайге раздаются два выстрела и появляется слух о том, что Прохор покончил жизнь самоубийством.

Во время отсутствия Прохора всеми делами в «Громово» рулят Нина и Протасов. Рабочим повысили зарплаты, для них строят новые комфортабельные бараки, их обеспечили хорошими продуктами. Вместе с тем повысилась и производительность труда, предприятия функционируют, всё крутится.

На слухах о смерти Прохора вокруг Нины снова вьются женихи. Более прочих усердствует инженер Парчевский, он всё пытается устроить свою жизнь на халяву. В этом ему помогает любовница Наденька, она же — жена пристава. У Протасова — иные мотивы, но он тоже делает Нине предложение. Нина остаётся верна Прохору и своим христианским взглядам на жизнь. Всё плохое, что связано с мужем, она воспринимает как крест, который нужно нести. Отец Александр её в этом поддерживает.

Помещённый сыном в сумасшедший дом Пётр Данилович претерпел немало унижений и бед. По поручению Нины Петра навещает Груздев. Нина способствует тому, чтобы свёкор вышел на свободу, она всячески помогает ему тайком от мужа.

Вернувшийся Прохор выслушивает доклады о состоянии дел. Он поражён тем, какие большие суммы потрачены на всю эту «благотворительность». Прохор подозревает Нину и Протасова в том, что они хотят присвоить себе его бизнес. Прохор начинает воспринимать Нину как врага. Ситуация всё более обостряется, поскольку рабочие норовят перейти с предприятий Прохора на предприятия его жены.

По команде хозяина Филька поджигает два новых барака, которые Нина выстроила для рабочих.

За последние десять лет Прохор добился огромных успехов, в его заводы и прииски вложено тридцать три миллиона рублей, его годовой доход составляет два миллиона, однако Прохор мечтает о миллиарде и не намерен останавливаться — ни перед чем, ни перед кем. Прохор задумывается над тем, чтобы убить Нину.

Освобождённый Пётр тайно приезжает в «Громово», живёт на отшибе. Он женится на молодой вдовице Анне, дочке купца Груздева, которая прежде состояла в любовницах Прохора. К моменту этой женитьбы Анна беременна от Прохора. Анна чрезвычайно угнетена этим обстоятельством — её будущий ребёнок будет приходиться внуком её мужу. Измучившись, она делает аборт.

Ярким событием становятся торжества в честь десятилетия основания «Громово». На торжества съезжаются важные персоны со всей России, включая богатых промышленников и нового генерал-губернатора. Прохора хвалят, перед Прохором заискивают, но во время его праздничной речи становится очевидным, что с головой у хозяина большие проблемы. Нине с Протасовым удаётся сгладить углы, но, в общем, всё очень и очень тревожно. Прибывших чиновников ублажают каждого на свой манер. Губернатору устраивают фальшивую охоту на медведя, а после подкладывают под него Наденьку. За это губернатор одаривает Наденьку своей милостью и производит её мужа в исправники.

Пётр намерен востребовать со своего сына большие деньги. Но это — пустое. Деньги Петру тайком от Прохора выдаёт Нина. Пётр вместе с женой уезжает в «Медведево» и ведёт там жизнь состоятельного купца. Однако ни налаженный быт, ни удары судьбы, ни благодеяния снохи не делают Петра лучше, он остаётся всё тем же порочным типом, готовым причинять вред окружающим.

В один из дней, когда сознание Прохора окутывает сумрак, он бросается на Нину с упрёками, а потом и вовсе даёт ей пощёчину. Не смущаясь присутствия маленькой дочки, Прохор требует, чтобы Нина прекратила свой самодеятельный бизнес и отдала ему все деньги, полученные в наследство. Нина сопротивляется. За Нину вступается дьякон Ферапонт. Ситуация кажется разрешённой, но в результате очередной вспышки ярости, Прохор стреляет в Ферапонта и смертельно его ранит.

И вот настаёт время, когда чаша переполнена и солнце начинает клониться к закату. Над Прохором сгущаются мрачные тучи. Те, кого он обманывал — бывшие кредиторы и поручик Приперентьев, — замыслили отжать у него большую часть бизнеса. Они включили мощный административный ресурс и громадные финансы, с которыми Прохору трудно тягаться. К тому же психическая болезнь не позволяет Прохору правильно и вовремя разбираться с делами.

Плюс банда разбойников, которая завелась в тайге возле «Громово». Бандой руководит бежавший с каторги Ибрагим. Цель Ибрагима очевидна — наказать Прохора. Банда совершает налёты на склады и прииски Прохора, грабит всё, что находит, в том числе золото. С бандой не могут справиться вооружённые отряды из жандармов и солдат. От рук банды гибнут ближайшие подручные Прохора, в том числе мерзавец Ездаков и новоиспечённый исправник Амбреев. Ездаков повешен, Амбреев обезглавлен — голова, упакованная в мешок, отправлена в подарок Прохору. Прохора постоянно преследует страх перед Ибрагимом.

Овдовевшая Наденька ищет себе другого мужа и пробует захомутать мистера Кука. Кук противится и отправляет Наденьку к её постоянному любовнику Парчевскому. У всех с этой Наденькой были интрижки.

Из «Громово» в село «Разбой», от Угрюм-реки к Большому потоку, тянутся подводы с теми, кто закончил свои таёжные дела и делишки и теперь возвращается в большую Россию. Среди этих людей много простых рабочих, тихих тружеников, которые поспешают в свои деревни к оставленным семьям. Хватает и всякого лихого народа — диких старателей, бродяг, спиртоносов, воров и каторжников. У этих, последних, накоплено немало левых денег и золота. В одной из таких компаний едут Филька Шкворень, бывший подручный Прохора, и безносый разбойник по кличке Тузик. Неподалёку от села компанию тормозят мужики из банды Ибрагима. Но ворон ворону глаз не выклюет — посидели у костерка, поели, покурили, выпили. Просто бандиты провожали в Россию двух своих товарищей, среди которых и бывший прокурор Стращалов — тот самый, что некогда на суде обвинял Прохора в убийстве Анфисы. Потом этого прокурора уличили в революционной деятельности и отправили в ссылку, из которой Стращалов благополучно бежал. В итоге он примкнул к лихим людям.

Не менее удивительные кульбиты совершает ещё один второстепенный персонаж — Шапошников. Это ссыльный, что жил в «Медведево», учил Прохора наукам, а потом исчез. По одной из версий следствия именно он сгорел в доме погибшей Анфисы. Но вот оказалось, что выжил, перебрался на Большой поток и теперь влачит тут своё жалкое существование, выдавая себя за брата того Шапошникова. Мистификатор. Он общается и со Стращаловым, и с Протасовым — всё это люди одних политических взглядов. На хате у Шапошникова собирается кружок социалистов, здесь решаются вопросы о проведении забастовок и прочих активных действий. Стращалов оставляет Шапошникову свой черновик обвинительной речи, в котором с фактами и аргументами доказывается, что Прохор — реальный убийца. Позже этот черновик у Шапошникова выпросит Протасов. Придёт час и Протасов предъявит бумаги Нине, желая склонить её на свою сторону. Однако Нина в эти документы не поверит.

Однажды в плен к разбойникам Ибрагима попадает и сам Прохор. Разбойники настроены кровожадно, они привязывают Прохора к двум согнутым ёлкам и намереваются разорвать его на части.

В последнюю секунду жизнь Прохору спасает Ибрагим — «потому что ещё не время». Униженный и озлобленный Прохор возвращается в «Громово», он жаждет мести. Эта жажда окончательно лишает его рассудка. Прохора преследуют видения и призраки — Анфиса, тунгусская шаманка, расстрелянные рабочие.

Село «Разбой» оправдывает своё название на все сто. В первые часы оно гостеприимно до самоуничижения. Ради барыша хозяева заманивают к себе пришлых — для уютного ночлега, сытной еды, бани и прочих удовольствий. Тихие труженики сразу направляются на баржу — с намерением провести там всё время до отбытия парохода, а вот лихие люди не могут удержаться от кутежа, пьянки и разврата. Ушлым селянам только этого и надо. К утру они напрочь обчищают вчерашних старателей, кому-то бьют рожи, кого-то увечат, кого-то конкретно мочат. Подкупленные жандармы ни во что не ввязываются — они лишь собирают трупы и сажают в кутузку тех, кто со скандалом пытается вернуть потерянные деньги. Увы, криминальные герои повествования Филька Шкворень и безносый Тузик тоже заканчивают здесь свои жизненные пути, точнее сказать, кривые дорожки.

Раскрывается тайна рождения Анфисы. Её настоящим отцом оказывается один из старцев-отшельников. Некогда он был знатным человеком, потом уехал из Питера в Сибирь и однажды соблазнил здесь насельницу раскольничьего скита. От этой греховной связи и родилась наша погибшая героиня.

Из Питера в «Громово» приезжают богатые купцы и промышленники, им удалось увести у Прохора часть предприятий и месторождений.

Протасов, на котором долгое время держался бизнес, заболел раком, отправился в Петербург, но по дороге был арестован жандармами.

Прочие инженеры тоже уходят от Громовых к новым хозяевам.

Нине не по силам бороться с конкурентами, и она уже жалеет денег, потраченных на благотворительные проекты. Теперь она смотрит на бизнес глазами мужа и оправдывает его жестокое отношение к рабочим. К тому же она беременна — у них с Прохором будет второй ребёнок, и Нина не может позволить, чтобы её дети росли нищими.

Дело, выстроенное с такими усилиями, рушится. Разрушена и личность самого Прохора. В состоянии бреда он погибает, бросившись с высокой башни, в которой некогда был его кабинет.

Это история талантливого и амбициозного человека, который начал с малого и стал самым могущественным предпринимателем Сибири. Он шёл к своей цели по чужим судьбам, но счастья на этом пути не обрёл. Он пытался победить жизнь, но жизнь победила его.

Это семейная сага о том, как бандитское прошлое дедов тяготеет над судьбами потомков.

В этом производственном романе много главных и второстепенных персонажей, много увлекательного, смешного и трагичного — картины народного быта, величавая природа, мистика, детектив, приключения, мелодрама, жуткие преступления, коррупционные схемы, тоскующие романтичные девушки, любвеобильные мошенницы, бравые трусливые офицеры, разбойники и убийцы, благочестивые старцы, политические активисты, ссыльные, рабочие с их семьями, пот и кровь, вечные ценности и проклятые вопросы — объёмное полотно — Россия на рубеже девятнадцатого и двадцатого столетий.

© Copyright: Аркадий Казанцев, 2017
Свидетельство о публикации №217030301679 Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении Другие произведения автора Аркадий Казанцев Аркадий, сейчас смотрю сериал, потому хочется спросить. Так кто все-таки убил Анфису — Прохор? Или отец Прохора? Или это остается до конца непроясненным умышленно? А почему ему мерещится тунгусская шаманка? Ее-то он не убивал.))

Книгу не читала, а сериал вызывает какие- то недоумения.

Здравствуйте, Галина!
Анфису убил Прохор. Синильга (легенда о ней, её колода) стала самым ярким мистическим переживанием в юности Прохора, потому и осталась с ним на всю жизнь. А уж когда он начал сходить с ума, Синильга и вовсе сделалась его постоянной «гостьей», мало того — привела за собой и других призраков.

Источник

Какая река имеется в виду под угрюм рекой

угрюм-река

Отчет от 02.02.2008 ««Угрюм-река» — это Нижняя Тунгуска. Однозначно.»
Так, всё-таки, Шишковская «Угрюм-река» это Витим или Нижняя Тунгуска? Для кого-то этот вопрос никогда не стоял, а для кого-то долго не имел однозначного ответа. Биография автора (Шишкова) указывает на то, что он бывал на обеих реках. И образ «Угрюм-реки» собирателен. Однако, боюсь открыть америку,(хотя сам когда-то считал «Угрюм -реку» Витимом), ответ однозначен –»Угрюм-река» это Нижняя Тунгуска!
Почему? Внимательно читаем роман и смотрим на карту.

Вот описание дороги данное Петром Громовым сыну Прохору:
«…Вот это, скажем, дорога от нас в Дылдино, двести сорок верст… Отсюда свернешь на Фролку – верст триста с гаком. Тут река Большой Поток предвидется. Отсюда перемахнешь через волок на Угрюм – реку, в самую вершину.
Купец поставил крест и сказал:
— Это деревня Подволочная на Угрюм-реке….»

И далее:
«… — Река большая … слышал я – три тыщи верст. Она впала в огромную речищу, а та прямо в окиян.»

Далее читаем о прибытии Прохора и Ибрагима:
«… На реку Большой Поток наши путники прибыли ранней весной…»
«….Ни деревень, ни сел.
Впрочем, вдалеке виднелась церковь. Это село Почуйское, откуда поедут в
неведомый край Прохор с Ибрагимом-Оглы.»

Далее читаем о прибытии Громова в деревню Подволочную:
«Да, он устал вчера изрядно. Тридцать верст, отделяющие Почуйское от
этой деревеньки, показались ему сотней. Грязь, крутые перевалы, валежник,
тучи комаров.
— Вот погодите, — сказал хвастливо Прохор. — Через десять лет пророю от
вашей Угрюм-реки к Большому Потоку канал. Тогда в Почуйское будете на лодках
плавать. А то и пароходы заведу.»

Названия других населенных пунктов на Угрюм–реке, упоминаемые в романе:
«… Он (прим.-Фарков) нанялся поводырем — вроде лоцмана, — он поведет шитик
до Ербохомохли, до последнего жилого места на Угрюм-реке.»
и
«В самом конце августа путники с большими лишениями, через упорную
борьбу с рекой, наконец прибыли в Ербохомохлю — последний населенный пункт.»

Теперь давайте обратимся к описанию сплава по Нижней Тунгуске Сергея Карпухина (г.Москва), совершенного им в 1997 году в одиночку. Вот что он пишет о заброске на Нижнюю Тунгуску:

«Название Лены образовано от эвенкийского «Елюэнэ» — Большая река. Смотрим на карту: Чуть ниже по течению от Киренска на берегу Лены стоит посёлок Чечуйск, откуда в старое время осуществлялся волок до деревни Подволошино, на Нижнюю Тунгуску. Он так и назывался Чечуйский волок – всего около тридцати километров.»

«Длина Нижней Тунгуски около трёх тысяч километров и в своих верховьях она весьма близко подходит к руслу Лены. Но небольшая возвышенность не позволяет соединиться с этой великой рекой. В районе Киренска расстояние между реками всего лишь около тридцати километров.»
«Отправился из Москвы фирменным поездом «Лена», а через четверо суток вышел из него на конечной станции, в Усть-Куте. Далее мне нужно было добираться по Лене до города Киренска. Буквально в десяти минутах ходьбы от вокзала в Усть-Куте находится пристань «Осетрово». Поезд прибыл вечером, я опоздал на последний теплоход, и пришлось заночевать прямо в здании пристани (там есть специальные комнаты для ожидающих пассажиров; стоит это дешевле, чем в гостинице).
Рано утром взял билет на «Зарю». В 8.00 переполненный пассажирами речной трамвай уже двигался вниз по течению, а приблизительно через 6 часов прибыл к пристани Киренска. К сожалению, пристань находится на правом берегу Лены, а основная часть города и дорога к Нижней Тунгуске — на левом. Выгрузившись, я хотел было уже идти к парому, но тут подвернулась «вахтовка» до Подволошина — как раз туда, откуда я должен был стартовать. Четыре часа тряски по очень разбитой дороге, сначала вдоль Лены до Чечуйска, а затем через невысокий перевал к Тунгуске, и вот я в Подволошино. (От Киренска к Нижней Тунгуске есть и другая дорога, гораздо короче, заканчивается она в пункте Нижнекарелина, находящемся на реке несколько выше Подволошино и обозначенном на карте как «нежил.»).
И наконец:
«Кроме десятка небольших посёлков и деревень, здесь имеется и два достаточно крупных. Ербогачён — районный центр Катангского района, расположенный в 650 километрах ниже по течению от Подволошино.»

Теперь сравним вышеизложенное:
Длина Угрюм реки:
Шишков: «…три тыщи верст…»
Карпухин «..Три тысячи километров..»
Река Лена:
Шишков: «Большой поток»
Карпухин: «Елюэне – Большая река».
Последний пункт на «Большом потоке»:
Шишков: «Почуйское»
Карпухин: «Чечуйск»
Расстояние от Большого потока до Угрюм реки:
Шишков: «Тридцать верст»
Карпухин: «Около тридцати километров»
Первый населенный пункт на Угрюм-реке:
Шишков: «Подволочная».
Карпухин: «Подволошино».
Населенный пункт где Громов расстался с Фарковым:
Шишков: «Ербохомохля»
Карпухин: «Ербогачён»

Я думаю этого достаточно, так как оснований в пользу Витима на право назваться «Угрюм – рекой», кроме его угрюмости, нет ни одного.

Длина Витима всего 1837 км. В устье Витима нет большого города, в истоки Витима невозможно попасть ни с одной большой реки, находящейся в тридцати км. Не говоря уж о созвучности названий.

При желании, я думаю, будет легко найти прототипы деревень Дылдино и Фролка, а также Медведево, где родился Прохор Громов. (я попытался и не нашёл, литературоведы — географы — Дерзайте!)

Источник

Adblock
detector