Меню

Державин михаил река времен река времени

Река времен в своем стремленьи…

Река времён в своём стремленьи
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.
А если что и остаётся
Чрез звуки лиры и трубы,
То вечности жерлом пожрётся
И общей не уйдёт судьбы.

Гавриил Державин

Статьи раздела литература

Русские писатели в Нью-Йорке

5 писателей-фронтовиков и их судьбы

5 рецептов блюд из романа «Мастер и Маргарита»

  • Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день
  • Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»
  • Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?
  • Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?
  • Как предложить событие в «Афишу» портала?
  • Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».

Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.

Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, заполните заявку по нашим рекомендациям. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.

Электронная почта проекта: stream@team.culture.ru

Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».

В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».

Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.

Источник

Река времён

Многие сборники стихов Державина кончаются таким отрывком:

Река времен в своем стремленьи
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.
А если что и остается
Чрез звуки лиры и трубы,
То вечности жерлом пожрется
И общей не уйдет судьбы.

Это было последнее, что Державин написал. В примечаниях обычно пишут, что это первая строфа незаконченного стихотворения «На тленность». Державин написал его даже не на бумаге, а на «аспидной» доске, и умер через несколько дней. Насколько я понял, доску с нестёртым отрывком перенесли в музей и показывали в таком виде то ли долго, то ли даже до сих пор.
У меня сразу возникает несколько вопросов. Во-первых, откуда известно, как стихотворение должно было называться? Сам Державин написал название на доске, или это такая условность? Oткуда известно, что это именно отрывок, а не законченное стихотворение? Наверняка литературоведы могут дать на это авторитетный ответ, например, такой: по-видимому, Державин не мог написать такое короткое стихотворение на такую фундаментальную тему; это больше похоже на вступление, краткое описание предмета; за ним явно должно было следовать развитие темы в мелких подробностях – в общем, больше всего похоже, что задумывалось основательное стихотворение вроде оды «На смерть князя Мещерского» («Глагол времён! Металла звон!»).
В какой-то момент несколько людей заметили, что первые буквы строк образуют что-то как будто не совсем бессмысленное: РУИНАЧТИ. Многие верят, что Державин собирался написать акростих: первое слово «руина», а потом… да, что потом, уже наверняка не узнать. Есть несколько версий, например: это сокращённое слово «чести», или: это часть слова «чтить» в какой-нибудь форме, например «руина чтимого» – не забудем, что это только начало стихотворения! Есть и такая версия: Державин сначала хотел написать акростих; первые пять строчек у него сложились в слово «руина», а дальше не получилось; так что он собирался продолжать его как обычное стихотворение, не акростих – но тут как раз умер.
Прежде всего, любопытно, насколько старая эта гипотеза – что тут была хотя бы попытка написать акростих. Заметил ли хоть кто-нибудь «сразу», в начале 19 века, что первые буквы складываются во что-то там такое? Если да, то, наверное, никто не предположил, что «это он специально», иначе бы это было широко известно (наверняка упоминалось бы в тех же примечаниях). Между тем, Гаспаров пишет, что заметил сам (судя по всему, годах в 60-х), и упоминает другого человека, М. Халле, который тоже заметил и написал статью, отстаивающую (неубедительно, по мнению Гаспарова) одну из версий. Значит, широко известно это не было.
Верить ли в то, что там был акростих? Мне вот думается: во-первых, они там в начале 19 века столько стихов понаписали! Почему бы не допустить, что в одном из них 5 букв случайно сложились в слово? Во-вторых, действительно ли руина это такая вещь, в честь которой Державин мог захотеть написать акростих? На самом деле, тут непонятно: похоже, что в 19 веке это слово имело какой-то налёт романтичности, заставляло людей задуматься о древних временах, о том, что всё проходит, а города, некогда цветущие, ныне лежат в развалинах – что ж, к теме стихотворения вполне подходит. В третьих, был ли склонен Державин к такого рода играм? Между прочим, обычно акростих встречается в стихах «на случай», или шутливых. И относительно коротких — разве что это какое-нибудь специальное упражнение, причём чем длиннее такое стихотворение, тем больше в нём неровностей — не совсем чётких фраз, не совсем подходящих слов — поскольку приходится притягивать слова специально ради буквы. А тут, опять-таки, похоже, что намечалось стихотворение серьёзное, фундаментальное и длинное, и никаких неровностей, каждое слово на своём месте. А с другой стороны — почему бы не представить себе 73-летнего Державина, который написал на доске в столбик слово «руина» и пытается начать стихотворение с этих букв, и продолжить как получится? Тут даже не «не заладился» акростих (как выразился Гаспаров), а просто и не предполагался дальше пятой строчки.

Читайте также:  Вся жизнь течет как быстрая река летят года как птицы не поймаешь

Недавно Омри Ронен написал статью, в которой упоминает, что как-то раз он заметил, что этот отрывок Державина очень похож на первую фразу «Алексиады» Анны Комнин:

Поток времени в своем неудержимом и вечном течении влечет за собою все сущее. Он ввергает в пучину забвения как незначительные события, так и великие, достойные памяти; туманное, как говорится в трагедии, он делает явным, а очевидное скрывает. Однако историческое повествование служит надежной защитой от потока времени и как бы сдерживает его неудержимое течение; оно вбирает в себя то, о чем сохранилась память, и не дает этому погибнуть в глубинах забвения.

Первые две фразы настолько похожи на первые четыре строчки Державина, что сразу начинаешь думать – а не мог ли Державин это читать? Не перевели ли к тому времени «Алексиаду» на русский? Впрочем, зачем русский – наверняка Державин мог читать по-французски или по-немецки. Нет ли где-нибудь списка книг из библиотеки Державина (как есть список книг, принадлежащих Пушкину)? Если бы такой список был, и в нём была бы «Алексиада» (а если бы ещё с этими строчками подчёркнутыми! Или – лежащая открытой на этом месте около той самой доски!) – вероятно, можно было бы пытаться делать выводы. А так – если это поразительное совпадение не лишит нас бдительности, то мы заметим, что дальше тексты как раз расходятся: Анна Комнин пишет, что только историческое повествование и может защитить прошлое от полного забвения, а Державин – наоборот: что в конце концов и это не поможет.
Сходность этих текстов заметил несколько лет назад также lj-user i_shmael: здесь несколько грамотных людей обсуждают, что могло быть, а что не могло. В нескольких комментариях сказано, что «река времени» – это «топос», общее место, образ, переходящий из произведения в произведение, так что совершенно необязательно предполагать прямое (или, например, через одного посредника) заимствование. Это мнение кажется очень разумным, к тому же оно подкреплено примерами, а также объясняет расхождение в продолжении: логично, что самое первое, мгновенное, развитие образа будет похожим у разных авторов, а дальше каждый уходит в свою сторону.

Вернувшись к стандартным примечаниям к Державину, находим там, что Державин начал писать это стихотворение, глядя на висевшую у него в кабинете «историческую карту» под названием «Река времен, или Эмблематическое изображение всемирной истории», выполненную немцем Фридрихом Штрассом (кажется, у Державина была русская версия этой «карты»). Думается, что этот факт сильно ослабляет гипотезу о том, что текст Державина происходит [более или менее] непосредственно из «Алексиады»: поскольку мы знаем, что толчком к написанию стихотворения была карта, которая так и называется «Река времен», зачем пытаться искать ещё один (прямой) источник. Собственно, всё согласуется с идеей о «топосе».
Что это была за карта? Можем ли мы её найти в Интернете? Не сразу, после безрезультатных поисков со словом Fluß, нашлось примерно то, что нужно (поиски затруднялись ещё и тем, что такое же имя, Фридрих Штрасс, было у ювелира, который изобрёл «стразы» (которые так называются в его честь)). Вот оно: Straß, Friedrich: Der Strom der Zeiten oder bildliche Darstellung der Weltgeschichte von den ältesten bis auf die neuesten Zeiten [Фридрих Штрасс. Поток времени, или графическое изображение всемирной истории от древнейших до новейших времён]:

Читайте также:  Ирклиевская краснодарский край река

Этот экземпляр датирован примерно 1828 годом, так что у Державина была копия более ранней версии. Похоже, что этот самый Фридрих Штрасс в течение своей жизни сделал много версий этой карты, изменяя её в соответствии с последними событиями. Одна из них продавалась на ebay; похоже, что она внизу отличается от предыдущей.

Ага, думаю я в этом месте, а ведь у меня тоже есть похожая карта! Это издание «The Wall Chart of World History», которое выглядит вот так:

Впервые её выпустили в 1890 году (автор — Edward Hull) — т.е. она ближе во времени к картам Штрасса, чем к сегодняшнему дню — и с тех пор время от времени выпускают в обновлённом виде. Моё издание – 1990 года, имена, которыми кончаются соответствующие ветви – Рейган, Тэтчер, Миттеран, Горбачёв. Последние «крупнейшие события» – Калифорнийское землетрясение и разрушение Берлинской стены. Начало карты – сотворение мира, которое помечено 4004 BC (да, есть такая версия), Адам и Ева, Каин, Авель («the first Martyr»). Сначала — только библейские персонажи, и только в 2300 BC из Вавилонской башни выходят ханаанцы, египтяне, халдеи, греки и китайцы. В какой-то момент возникают русские; их первые правители: 862 Ruric; 878 Igor; 900 Olega, Regent. После «Олеги» появляется загадочный Spendoblos. Поиск этого слова в Гугле ведёт прежде всего на спортивные сайты, но всё же удаётя выяснить, что имеется в виду Святослав (по-гречески его называли Σφενδοσθλάβος).
Вот кусок этой карты – видно, что авторы не ставили своей целью, чтобы это было похоже именно на реку (или, например, дерево) – на этой фотографии видна и русская ветвь: «Ivan IV, «The Terrible»: Promotes Commerce, &c., but cruel»:

Хорошие карты, на самом деле. Наверное, есть немало людей, которые более или менее представляют, какие, и даже в каком порядке, были короли во Франции или в Англии, но не знают, кто из них был одновременно хотя бы с тем же Иваном Грозным. Не претендуя на большее, иногда радуя своими упрощениями (хотя, вероятно, кого-то они, наоборот, раздражают), они в какой-то мере «защищают от потока времени» самые известные имена — собственно, показывая нам этот поток.

Источник



Одно из самых мистических стихотворений во всей русской литературе, или Как рядовой гвардеец стал поэтом

«Река времен» все еще не утопила «в пропасти забвения» Гавриила Романовича Державина. Его творчество сейчас – достояние каждого культурного человека. И это замечательное стихотворение о бренности всего сущего продолжают изучать все новые поколения. Через стихотворение рефреном проходит отсылка к библейской истине о том, что слава человеческая подобна цвету на траве, который опадает, когда засыхает трава. Образ реки заставляет всплыть в памяти могучий Стикс с видневшимся поодаль мрачным Хароном… Мог ли знать рядовой гвардеец Преображенского полка, что ему суждено стать автором этих удивительных строк и вообще крупнейшим поэтом своего времени?

Широкоплечий, всегда подтянутый строевик с понятливым взглядом светлых глаз. Однажды он едва не замерз на ледяном январском ветру, но поста не покинул, дождался смены. Начав службу с рядового солдата, он дольше других дожидался очередного повышения. Единственную настоящую радость ему доставляло доверие солдат, которые искренно уважали однополчанина за честность, прямоту и отвагу. Среди них почти не было грамотных, а наш герой охотно читал полученные ими вести из деревень, писал ответные послания со множеством поклонов родным и знакомым, помогал разумным товарищеским советом. Гавриил Романович Державин.

Серьезного значения ранним свои стихам Державин не придавал. Писались они в свободное от дежурства время в тесной казарме, ночью, при свете луны или свечного огарка. Да и что это были за стихи? В основном, несерьезные песенки. Конечно, и для таких сочинений требовалась немалая по тем временам грамотность, любовь к родному русскому слову.

Читайте также:  Река рисунок как рисовать

Поэт никогда не изменял своим монархическим убеждениям, но уже в годы борьбы с Пугачевым у Державина сложилось свое мнение о язвах и пороках тогдашнего строя. Видя барский произвол и беззакония, он никогда не доходил до мыслей о пользе серьезных перемен и все надежды возлагал на просвещенную монархию.

В 1783 году ода «Фелица» получила «высочайшее одобрение». Перед Державиным открылась дорога литературной и политической деятельности во имя интересов дворянской империи.

Разумеется, встречались на этой дороге трудности, но то уже были трудности не безвестного солдата или чиновника, а олонецкого, тамбовского губернатора, затем – государственного секретаря и министра юстиции. «Будь на троне человек!» — призывал Державин царей, и к чести поэта следует сказать, что сам он искренно стремился остаться человеком на высоких постах, которые занимал. А это было в его эпоху наиболее трудным.

Видимо, Державин предчувствовал свою смерть, так как написал свое самое мистическое произведение за два дня до нее…

Источник

Константин Когут

За три дня до своей смерти Державин начал оду «На тленность. », но успел написать только небольшой фрагмент. Это восьмистишие вошло во все его посмертные собрания сочинений. Приводимый здесь текст является последними строками, написанными Державиным.

Река времен в своем стремленьи
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.
А если что и остается
Чрез звуки лиры и трубы,
То вечности жерлом пожрется
И общей не уйдет судьбы.

В кабинете Державина на стене висела известная историческая карта «Река времен, или Эмблематическое изображение всемирной истории», составленная Страссом. Из огромного сияющего и парящего в небесах шара следует водопад разных потоков историй народов и государств от Сотворения мира и от Рождества Христова вплоть до 1800 года. Согласно заметке в «Сыне отечества», Державин смотрел на эту карту, когда писал свое восьмистишие.

Интересно, что эти строки написаны поэтом на аспидной доске. Сегодня они почти стерлись с нее. Вместе эти строки образуют акростих, первые буквы которого легко складываются в «Руина чти». Что было задумано дальше нам никогда не узнать. Что чтит руина останется загадкой.

М. Л. Гаспаров в «Записях и выписках» делится удивительным воспоминанием:

Свидетелем настоящего чуда я был один раз в жизни. У Державина есть знаменитое восьмистишие: «Река времен в своем стремленьи…» Глядя на эти стихи, я однажды заметил в них акростих «РУИНА», дальше шло бессмысленное «ЧТИ». Я подумал: вероятно, Державин начал писать акростих, но он не заладился, и Державин махнул рукой. Через несколько лет об этом акростихе появилась статья М. Холле: он тоже заметил «руину» и вдобавок доказывал (не очень убедительно), что «чти» значит «чести». Я подумал: вот какие бывают хозяйственные филологи: заметил то же, что и я, а сделал целую статью. Но это еще не чудо. У хороших латинистов есть развлечение: переводить стихи Пушкина (и др.) латинскими стихами. Я этого не умею, а одна моя коллега умела. Мы летели с ней на античную конференцию в Тбилиси, я был еще кандидатом, она — аспиранткой, ей хотелось показать себя с лучшей стороны; сидя в самолете, она вынула и показала мне листки с такими латинскими стихами. Среди них был перевод «Реки времен», две Алкеевы строфы. Я посмотрел на них и не поверил себе. Потом осторожно спросил: «А не можете ли вы переделать последние две строчки так, чтобы вот эта начиналась не с F, а с Т?» Она быстро заменила flumine на turbine. «Знаете ли вы, что у Державина здесь акростих?» Нет, конечно, не знала, «Тогда посмотрите ваш перевод». Начальные буквы в нем твердо складывались в слова AMOR STAT, любовь переживает руину. Случайным совпадением это быть не могло ни по какой теории вероятностей. Скрытым умыслом тоже быть не могло: тогда не пришлось бы исправлять stef на stat. «Чудо» — слово не из моего словаря, но иначе назвать это я не могу. Перевод этот был потом напечатан в одном сборнике статей по теории культуры в 1978 г.

В 1923 году О. Э. Мандельштам «по следам» державинских строк напишет свою «Грифельную оду»:

Мы только с голоса поймем,
Что там царапалось, боролось.
Звезда с звездой — могучий стык,
Кремнистый путь из старой песни,
Кремня и воздуха язык,
Кремень с водой, с подковой перстень.
На мягком сланце облаков
Молочный грифельный рисунок —
Не ученичество миров,
А бред овечьих полусонок.

Источник

Adblock
detector